— Богдан, готовимся к схватке на всякий случай? — спросил командир 4-го отделения.
— Три десятка, похожи на башкир и казаков, — констатировал Богдан, разглядев незнакомых всадников.
Остальные бойцы отряда стояли позади, но пистоли из седельных сумок достали, проверили порох на затравочной полке. Незнакомцы не напали сразу, это и беспокоило Богдана.
— Шагом, — скомандовал Богдан, и ткнул пятками в бока своего коня.
Отряд начал приближаться к незнакомым всадникам. Когда вся группа Богдана подъехала и остановилась в десяти метрах от незнакомцев, со стороны этих непонятных людей послышался вопрос.
— Эй, христовые, куда путь держите? — спросил один из всадников, выехав на пару метров вперёд.
Богдан рассматривал парня. Явно из казаков, лет тридцать не старше. Богдан стряхнул с бороды и усов снег.
— Ты сам-то назовись. Кто таков, почему дорогу перекрыли? Нам в Уфу поспешать надо, дам хороший совет, не мешайте, — произнёс Богдан и положил руку на рукоять двуствольного пистоля, который был заткнут за пояс.
— Я, человек прохожий, обтянут кожей. А вас задерживать не станем, коли оружие отдадите и монеты, что в ваших кошелях. Даже лошадок вам оставим, не замерзать же вам в степи. Вы только не дурите, у нас башкиры здорово из луков стрелы кидают, точно не промахнутся, подобру отдайте барахлишко и езжайте себе с богом, — молодой казак говорил весело, ничуть не сомневаясь в своём превосходстве.
Богдан засмеялся, деланно, но громко.
— Давно я не гулял по степи, забыли Богдана Копыто, ну дак я напомню. Коли такой смелый, подъезжай и забери с меня оружие, — с какой-то лихостью произнёс капитан.
В этот момент вспомнились Богдану Романовичу те времена, когда он совсем молодой казак лихо ходил в набеги на татар. Почти незаметно, Богдан взвёл курки на своём пистоле.
— А ну погодь, Михайло, — крикнул ещё один казак, примерно ровесник первому.
Тот, кто обратился к лихому Гришке выехал вперёд, остановился перед Богданом, не доехав пару метров.
Подъехавший всматривался в загоревшее лицо Богдана с минуту, смахнул льдинки, намёрзшие на бороде и усах. Богдан всмотрелся в его лицо, на вид этому казаку было лет двадцать, может чуть больше.
— Ты, дядя, не похож на казака. Вон гляжу и сабли у тебя нет, вместо неё палаш, да и лицом ты больно чёрен. Что за казак без сабли? Но коли поминаешь Богдана Копыто, то должен знать, кто у него закадычными[4] дружками были, — казак продолжал всматриваться в лицо Богдана Романовича.
Про лицо спросили верно, загар был действительно сильный. Что не удивительно, помотайся столько лет под южным солнцем. Капитану на какой-то миг показалось, что спрашивающий казак на кого-то похож. Несколько секунд Богдан думал отвечать на вопрос или нет, но всё же решился.