Я, морщась от боли в растерзанной руке выхватил нож и бросился на помощь. Меч был приторочен намертво за спиной и, хотя был близок, достать его быстро было не легче, чем укусить собственный локоть, да и слово «бросился» не совсем подходит к моему способу передвижения. Вы когда-нибудь пробовали быстро бегать по очень мягкому и толстому матрасу? Если да, то вы можете представить этот мой рывок. Впрочем, в конце концов, я добежал до места назначения, всаживая лезвие между головогрудью и брюшком твари, одним рывком отделяя одно от другого. К моему крайнему изумлению это не сильно помогло, оставшаяся часть паука только плотнее сжала лапы на голове моего друга и вцепилась в растерзанное ухо ещё раз.
— Сука!
Я, не обращая внимания на очередную жертву неправильной паучьей эволюции, впившуюся мне в ногу, всадил клинок прямо между челюстей ополовиненной твари и используя нож, как рычаг отодрал, наконец, его от головы Зубра. Смахнул на пол останки, всадил нож в глаз атакующему меня монстру, безуспешно жевавшему бронештаны, в попытках добраться до моей стройной и исключительно питательной ляжки, отпихнул и его.
Нож так и норовил вывалиться из окровавленной ладони, но я, как взбесившийся швейная машинка продолжал строчить, превращая голову нападающего в фарш из мало аппетитного хитина и ещё более противного содержимого раздробленного черепа. Отвлёкся от него только когда мне на плечи рухнуло нечто твёрдое и колючее в полцентнера весом. Я, не глядя ткнул ножом за плечо, впрочем, без особого результата. Результата не было и у противника, решившего что каска — это часть моего черепа, и усиленно пытавшегося прокусить её, зато успешно рассекая шипами мне кожу на щеках и шее. Я рухнул назад не удержавшись на ногах, где-то по пути потеряв нож и вцепился в обнимающий меня лапы, отдирая их от лица и выламывая их из суставов. Те выламываться откровенно не хотели, елозили когтями по бронежилету и шее, нанося острыми когтями всё новое раны. Я уж было вознамерился вцепиться в одну из них зубами, но тут надо мной нависло большое тёмное пятно ткнув куда-то мне за плечо остриём Потрошителя. Это привело к тому, что ноги на моём лице ещё сильнее задёргались, превращая кожу на нём в лохмотья, а затем замерли, наконец успокоившись.
— Пророк, ты как там, живой?
Донеслось до меня через десяток секунд, наполненных хриплым дыханием и приглушенными всхлипами.
— Не уверен, кажется меня всю кожу с лица сняли.
— Это действительно кажется, выглядит ужасно, будто тебя освежевали, но глубоких ран нет, просто шипами всю кожу посекло. Свободные наноботы есть?