— Твою мать… — кишки неожиданно скрутило в комок и обожгло внезапно нахлынувшей волной жара, который, впрочем, быстро спал, когда я понял, что вместо нее здесь не лежит ее обглоданный скелет, телега не запачкана какой-нибудь вонючей слизью, а вещи не забрызганы ее кровью.
— Мой запасной Калаш пропал.
Слова Зубра подтвердили мои мысли, что девушка очнулась и сбежала, прихватив наше оружие.
Или…
Я схватил Зубра за плечо, заставляя его нырнуть вниз, прикрываясь от леса бортом телеги.
Или, она не сбежала, а сейчас наблюдает за нами через прицел Калаша, пытаясь рассмотреть своих похитителей. Почему-то мне кажется, что после всего пережитого она вряд ли примет нас за спасителей. Хотя руки ноги мы ей не связывали…
— Эй! Как там, тебя? — Тихо проорал я, стараясь не привлечь к нам ничьего ненужного внимания, — мы не сделаем тебе ничего плохого! Мы спасли тебя от того урода, который тебя мучил.
И еще немного подумав, добавил:
— Он мертв, ты в безопасности!
— Насколько вообще можно быть в безопасности в этом чокнутом мире, — буркнул в ответ на мои слова Зубр.
Кроме этого бурчания никакого ответа не последовало. Вот черт! Сами себе создали проблему на ровном месте. С другой стороны, нельзя же было ее оставить в той земляной дыре, где мы ее нашли. Или можно было? Еще раз черт…
Я глянул на часы. Сутки с последнего приема предыдущих мутагенов уже прошли… Достал кожаный мешочек, по форме похожий на крупную слегка изогнутую фасолину, закинул ее в рот, вторую передал Зубру, раздавил ее зубами, почувствовав на языке брызги вязкой жижи, несущей запах подтухшей рыбы. Пересилив рвотный рефлекс и проглотив всё до последней капли, я внимательно шарил по придорожным кустам взглядом и ждал результата. Тот не замедлил проявиться:
Поздравляем! Приобретён маскировочный навык: «Слияние».
Навык активируемый. На данном этапе развития вы можете использовать его в течении получаса, перерыв между использованиями минимум 70 минут.
Полнота слияния 30%.
Активировать навык?
Я ответил положительно и глянул на Зубра, тот только отрицательно покачал головой и прошептал:
— Не прошло.
— А у меня видны какие-нибудь изменения?
— Чёрт его знает, у тебя кроме нижней части лица под амуницией ничего не видно, а с ней что-то странное, как будто взгляд не хочет фокусироваться.
— Понятно, значит невидимкой я не стал…
Поэтому мой план раздеться донага и в таком виде пойти искать спрятавшуюся девушку вряд ли сработает…
Мои лихорадочные мысли прервал вполне отчётливый шум и лёгкое покачивание телеги, к которой мы сидели прислонившись спиной. Мысли вспышками молний опять заскакали по моим синапсам, представляя широкий выбор возможностей, от того, что девушка отлучалась по физиологическим надобностям в ближайшие кусты, а теперь вернулась, и до того, что ей надоело ждать и она решила разделаться с нами вручную, прирезав как пару свиней. Прицеп задёргался сильнее, и я поднял голову вверх, выставляя перед собой ствол автомата, но вместо пусть и чумазого, но вполне симпатичного девичьего личика увидел непонятный бурый отросток, колыхающейся массой свисшей с борта телеги.