— До вчерашнего вечера я не знал, что это твоя жена. Больше её трахать не буду, не переживай.
— Ты…
Он быстро оказался рядом и схватил меня за форму на груди. Но я всё так же изображал пофигизм, хоть и покрылся слоем кинетики.
— Она уже растрепалась подругам. Ты же понимаешь, что я просто обязан вызвать тебя на дуэль, чтобы защитить честь жены?
— Да какая честь, если она сама на мой член прыгнула?
— Что? — капитан разозлился и попытался встряхнуть меня.
— Хорошо, пониманию. Дуэль так дуэль.
— Ты должен мне проиграть. Даже если все будут понимать, что поддался. Пусть это будет из уважения. Иначе…
— Иначе что? — хмыкнул я.
— Пожалеешь. Думаешь, у меня связей не хватит дотянуться до тебя?
Он ещё раз дёрнул меня за одежду и отпустил.
— Давай так, — серьёзным тоном сказал я. — Ты оставляешь Териосета в покое, как и меня.
Упоминание давнего конкурента ему не понравилось.
— Парень, совсем не наглей. Если не хочешь, чтобы я начал раскручивать инцидент с изнасилованием.
Да что они так вцепились в этот бред? Легко ведь проверяется.
— Или считаешь, что тебе незачем бояться королевских менталистов? — хмыкнул он.
Стоп. Так вот откуда растут ноги у того идиотского подозрения, что я не я?
— А есть причины? — уже я хмыкнул, смотря на него с превосходством. — Не кажется, что это тебе стоит бояться? Взятки, превышение полномочий, злоупотребления. Твой шкаф ломился от скелетов.
— Ты в чем меня там подозреваешь? В колдунстве? Совсем страх потерял, рядовой Даэрин?
Давно пора завязывать с фразеологизмами из русского языка. Вот почему не сказал «шкатулка ломится от семян»? Ведь местный же аналог.
— Прости, не так выразился. Тайн у тебя своих предостаточно, не надо запугивать меня.
— Я и не запугиваю, а предупреждаю. Завтра в час дня будь на общей арене. Не пропусти дуэль.
Честно, я был готов ему проиграть. Приэльфно. Но после таких предъяв — ни за что.
Я явился к арене точно ко времени и обнаружил, что на трибунах аншлаг. Казалось, здесь собралось полгорода, а не только местные защитники. Ко мне подходили знакомые и трясли за руку, желая скорой победы.
— Покажи этому зазнавшемуся, кто он на самом деле! — говорил один солдат с улыбкой до ушей. Рядом с ним стоял его приятель и кивал, поддакивая. — Я на тебя поставил.
Что?
Ко мне подошёл Молдол со сложенным вдвое листом и карандашом. Весь клочок бумаги был исписан мелким почерком в два столбца.
— На тебя поставили уже тридцать эльфов, — выдал он с радостью. — На Мифлондира лишь двое его прихлебателей. Если проиграешь этому отбросу, тебя не простят. Хотя, о чём я? Наподдай ему за всех нас! — засмеялся он и сунул листок в карман, чтобы пожать мне руку.