К занятиям я научилась готовиться под музыку на репетициях. Я и раньше занималась под их музыку, только в наушниках, так что почти ничего и не изменилось, не считая поцелуев между песнями, от которых Халенский и Райтин закатывали глаза, а Стас и Богдан не забывали поржать. Один только Адриано улыбался и говорил, что следующий их альбом уж точно будет куда более романтическим, на что Стас и Данил тут же начинали плеваться.
Иногда со мной ходили и девчонки, и если была Ждана, то репетиции становились куда более напряжёнными. Стас сломал четыре пары палочек, а его соло на барабанах звучало слишком агрессивно, и парням приходилось подстраивать тональность, из-за чего они потом наезжали на Бонаева.
Богдан вообще был всё это время напряжённее обычного. Даже когда не было Жданы.
Когда мы с Феликсом вышли из здания Арены и направились вдоль охраняемого коридора к своему сектору, атмосфера, царившая на стадионе, меня поразила. Тот незримый дух ожидания, что царил тут, пронизывал насквозь, кровь закипала просто. Люди ждали.
– Обалдеть, – прошептала я, но Феликс услышал.
– Да-да, рыжуля, прикинь, как они все хотят твоего парня, – ухмыльнулся он.
– Ну спасибо, теперь мне легче, – улыбнулась в ответ, но у самой по плечам мурашки колючие побежали.
– А ещё прикинь, Лора, это ты виновата, что они тут все ждут, а он опаздывает. Из-за тебя, между прочим.
Супер, теперь меня ещё и чувством вины придавило… А ещё и такой странной приятной щекоткой обдало внутри – Матвей мой. Да-да! И это из-за меня он заставляет ждать четырнадцать тысяч человек!
Голова от такого кружилась.
– А ещё на тебя пялятся, – добил меня Феликс, и я поняла, что на меня сейчас и правда смотрели многие, некоторые даже пальцем показывали и фотографировали.
Я почувствовала, как щёки тут же обдало жаром, а желудок поджался. Я, конечно, понимала, что могу привлечь внимание, но не думала, что такое откровенное и настойчивое. Ждана, Эля и Богдан Александрович стояли чуть дальше, в паре метров от нас с Феликсом и о чём-то болтали.
– Дыши, рыжуля, – Феликс натянул мне на голову капюшон. – Со временем привыкнешь. Когда на Матвея свалилась популярность, мне тоже досталось. Когда я с ним куда-то приходил, все вешались на меня даже больше, чем на него и говорили, что у него офигенный сексуальный друг. Я пострадал, короче, от его богемной жизни. Вот.
Я рассмеялась, покачав головой, и напряжение немного отступило.
– Прямо вешались? – спросила, хихикая.
– Ага, – как ни в чём ни бывало ответил Феликс, пожав плечами. – Чуть не сломался.
Капюшон я всё же решила снять. Не хотелось прятаться. Я знала, с кем в отношения вступала, так что нужно держать планку.