Пересели на заводных.
Еще рывком удалились, свернув в один из притоков малых.
И дальше уже спокойным шагом. Лишь под утро остановились у большой «полянки» сухой травы, торчащей из-под снега. Для отдыха.
Мила же хотела сдохнуть. За эти несколько часов в седле она так умаялась, что ее зад уже нуждался в крепкой передышке. Все же непривычное дело. Но, увы, этот забег только начинался…
[1] Рас — титул у скифов и сарматов для обозначения правителя. Аналог латинского рекса и индийского раджи. В данном случае применяется в значении царя роксоланов.
Глава 10
168, просинец (январь), 4
Марк Аврелий стоял у окна и крутил в руках странную штуку, называемую компасом. Грубо сделанную каким-то варваром, но вполне исправно работавшую.
— Откуда она?
— К северу от земель сарматов живет лесной народ. Вот один из их жрецов ее и изготовил.
— И почему он до сих пор не в Риме?
— Только потому, что он может делать такие поделки лишь у какого-то своего места силы при поддержке местного бога.
— И вы ему поверили? — усмехнулся Марк Аврелий, который совмещал должность Императора и Великого понтифика, а потому многое знал о богах.
— Да. Верный человек, который с ним беседовал, вообще подумал, что столкнулся с земным воплощением какого-то местного божества. Возможно, духа места. Но даже если это наваждение, все одно — местный бог позволил этому жрецу добыть индийский сахар в холодном и скудном северном лесу.
— Что⁈ — удивился Император и даже повернулся.
— Вот, — указал на берестяной туесок центурион, явившийся к нему из Мёзии. — Мы все проверили. Настоящий. Даже чище и белее, чем из Индии.
— Как… интересно. И что еще он добыл в том северном лесу?
— Этот нож.
— Нож? Серьезно? — расплылся в улыбке Марк Аврелий.
— Вы не смотрите на то, как нож выглядит. Да, он грубо сделан, но из индийского железа. Его этот жрец может тоже там добывать.
— Что же это за бог такой?
— В донесении его называют Velesus, младший братом-близнец Perunus — небесного громовержца.
— И кого из богов эти дикари так прозвали? Разве у Юпитера есть брат-близнец?
— Дикари, — развел руками центурион. — По словам того жреца, мы называем разные ипостаси Velesusсвоими именами и считаем отдельными богами. Он говорил, что и Плутон, и Нептун, и Вулкан[1] суть одно и то же. В их поверьях есть единый бог ремесленного мастерства и учености, связанный с низинами, водой и подземным царством.
— Вот как? Значит, он в своей берлоге о том ведает, а мы здесь нет?
— Верный человек тоже над его словами посмеялся. Но… Этот жрец сделал и компас, и добыл сахар с индийским железом. К тому же он не отрицал наших богов. Он говорил, что мы все поклоняемся одним и тем же богам, просто иначе их называя и по-разному понимая.