Булат хмыкает. Я матерюсь про себя. Ни хрена себе оговорочка по Фрейду!
– Хорошо. Как у Инны дела?
– Прекрасно.
Я не хочу ни с кем обсуждать Инну. Даже с Темирбаевым.
– Может, сходим куда-нибудь, посидим вчетвером? Гуле Инна очень понравилась.
Как сговорились! Конечно, Булату надо, чтобы его жена общалась с теми, кого он хорошо знает. А то развеселых подружек Гульнары у него приструнить пока не очень получается, похоже. А Инна… Да отстаньте вы от нас с Инной!
– Она в командировке.
– О как. Надолго?
Если бы я знал! Я даже набрался наглости, после пятиминутки задержался и у самого Бурова спросил – доколе?! В смысле, когда многоуважаемая Инна Леонидовна возвратиться изволят? Шеф моему вопросу, что характерно, не удивился. Пару минут хвалил Инну, какая она молодец и как круто справляется. А потом сказал: «Еще две недели минимум».
Две недели. Вы охренели!
– Понятно, – многозначительно роняет Булат.
Да чего тебе там понятно? Мне вот ни хрена не понятно! Резко разворачиваюсь от монитора, оставив последнюю карту не до конца заполненной.
– Вот скажи мне, как умудренный семейной жизнью человек… – Темирбаев многозначительно вздергивает черную бровь, но я упорно продолжаю. – Что делать, если женщина тебя игнорирует?
– Если твоя женщина тебя игнорирует, значит, ты ее обидел. Обними и попроси прощения.
– За что?!
– А я знаю? – пожимает плечами Булат. – Извинись, с тебя не убудет. Колечко подари, если все совсем плохо.
Ни хрена себе логика. Я, во-первых, не косячу. А во-вторых, если косячу, то мне надо понимать, где, чтобы не допускать впредь. А тут – просто извинись, не пойми, за что! Жопа эта ваша семейная жизнь, вот что.
– А если возможности обнять нет? Если она… далеко?
Темирбаев хмыкает в бороду.
– Ну, по телефону извинись.
– А если меня заблокировали?
Тут даже у Булата отпадает челюсть.
– Инна тебя заблокировала?!
Ну, толку уже отпираться?
– Да.
– Что натворил?
– Веришь, нет – ни-че-го. Попрощались на высокой ноте. Все было нормально. Улетела в командировку. И все. Игнор.
– В аэропорт отвез?
– С чего бы? Слушай, я не…
И замолкаю. Нет. Ну, нет. Это совсем тупо. Обиделась вусмерть из-за того, что я ее в аэропорт не отвез и на самолет не посадил? Нет, это и в самом деле чушь. Но теперь мне вдруг почему-то стыдно, что я этого не сделал. Почему такая мысль даже не пришла мне в голову?!
– Я бы свою женщину одну в аэропорт не отпустил, – добивает меня Булат. – Любимую женщину надо провожать и встречать.
Я резко оборачиваюсь обратно к монитору.
– Иди ты в жопу!
– Зачем мне туда, я ж не Будкин.
***
Две недели. Да за две недели я чокнусь. Или сдохну.