— Нет, только не эти мелкие сволочи, — простонал я.
День казался бесконечным, хотя на самом деле прошло всего часа четыре с пробуждения в Познани. Я вымотался после стольких боев и скачек на Сером Волке то в Навь, то в Явь, теперь вот вообще Хельхейм. На хвосте Волки Фенрира, но от них мы, вроде, оторвались. Так теперь еще и черные цверги заняли пещеру, на которую нацелились мы.
Это третья пещера. В первой жил медведь, вторую облюбовал тролль — мы не стали их беспокоить. Искать четвертую я не собирался — устал и цвергов не любил и после последних событий презирал. Черных цвергов, рыжие дрались на нашей стороне.
— Может, пойдем дальше? — тихо спросила Ольга. — Ты устал, мы оба замерзли.
— Вот и согреемся, — зло сказал я. — А потом отдохнем. Но я себя уважать перестану, если уступлю этой пакости.
— Хорошо, — улыбнулась она. — Тогда командуй.
— Да что тут командовать. Готовься бить, — усмехнулся я.
Мы слезли с Воя. Я подошел ко входу в пещеру и начертил руны. Внутрь вошел огромный тролль. Иллюзорный, но вряд ли злобные карлики будут его трогать, чтобы проверить. Я оказался прав.
— А-А-А-А-А!!!
— ЙЯ-А-А-А!!!
Раздались крики из пещеры. И со звонким «пок» цверги начали появляться снаружи. Они не выбегали, а перемещались. Мы же с Ольгой встали спина к спине и стали их отстреливать. Вой тоже присоединился к отлову карликов — он прыгал на них и глотал целиком. Вот уж кто не уснет сегодня голодным. А я только завтракал. Исключительно потому, что настоял. Надеюсь, с Николой все хорошо. И с остальными тоже.
Цверги быстро закончились, да и было их всего полтора десятка, и мы зашли в пещеру. Небольшая, тут вполне могли расположиться человек шесть или два десятка цвергов. Они не успели нагадить и оставили нам костер с котелком над ним. Рядом лежала ложка с длинным черенком, в углу большая вязанка дров — на ночь как раз хватит. Они даже оставили свои рюкзачки и что-то, похожее на спальники, но до того замызганные и засаленные, что прикасаться к ним не хотелось. Палками мы откинули это все к дальней стенке и расположились у огня на нагретых камнях.
— Интересно, это можно есть? — Я подобрал ложку и с опаской зачерпнул варево.
Это оказалась похлебка из баранины. Обычно я ее на дух не переносил, но сейчас едва не захлебнулся слюной.
Когда мясо приготовилось, мы с удовольствием поели и растянулись у костра, разомлевшие от сытости и долгожданного тепла. Моя голова покоилась на коленях Ольги, ее тонкие пальчики нежно перебирали мне волосы, проводили вдоль шрамов и по линии губ — приятно. Как же я соскучился по ней, по ее рукам. Жаль свои нельзя пустить в ход при Вое.