Чаще всего колбасу и используют, но кура вкуснее.
— А соус ты сам придумал? — не унималась Анька.
— Не совсем, — признался я. — Прочитал где-то, решил проверить — возможно ли? Вот, получилось.
Спрашивается, как объяснить, что сам я ничего не изобретал, а просто воспользовался тем, что моем времени является простым и привычным?
— Я по ресторанам бывала — пусть и нечасто, и дядя Роман нам разные вкусности приносил, но такого вкусного соуса не помню, — сказала Анька. Посмотрев на меня, попросила: — Ты потом еще сделай, я дяде Роману в ресторан отнесу. Пусть хозяин попробует. Надо подумать, сколько они за соус заплатят. Я, конечно, помню, как ты его делал, но лучше еще раз посмотреть.
Эх, не зря я хотел сотворить соус в одиночестве, а теперь поздно. Мой домашний вундеркинд, с ее памятью, рецепт уже знает. Боюсь, проведает военная разведка об Аньке, сразу же завербует.
— Аня, ты собираешься с родного дядюшки деньги брать? — слегка возмутилась Лена.
— Почему это с дядюшки? — хмыкнула Анька. — Я не с дядюшки собираюсь брать, а с его хозяина, с Ивана Ивановича Егорушкина. С дядюшки-то, с официанта, что брать? А с хозяина можно рублей сто запросить, а то и все двести. Но к нему за этим соусом половина города заявится, а приезжие — все, поголовно.
Дешево Анька «секретный» соус ценит. По моему мнению, можно взять и пятьсот рублей. Только, заплатят ли у нас столько? Не столица, чай. Я-то вообще собирался указать рецепт в какой-нибудь книжечке или рассказе. А теперь придется подумать.
— Тогда лучше до Петербурга потерпи, там ресторанов побольше, — посоветовал я.
— В Петербурге не до того будет, учиться придется, — резонно отозвалась Аня.
— Пусть секрет соуса станет нашей семейной тайной, — решила Леночка.
— Вот это правильно, — согласился я. Посмотрев на девчонок, сказал: — Вначале чаю попьем, а потом делом заниматься станем? Или параллельно? Нам исправления нужно внести, как государь велел. И самое главное, нужно фамилии для героев подобрать. Имя — это главное!
Те бумаги, что привез мне Наволоцкий, оказались типографскими гранками «Этюда в красных и черных тонах». И автограф государев — «Любезный Иван Александрович, очень прошу Вас перенести действие рассказа на русскую почву. Грех англичанам отдавать».
— Вначале чай, — твердо сказала Леночка. — Если примемся за твоего сыщика, про чай забудем. Поработаем, а ужинать к нам пойдем.
— Нет, Елена Георгиевна, — покачал я головой. — Ужинать тоже у меня будем. У меня закуска интересная есть, станете пробу снимать.
— Мы сегодня у Вани за мышек лабораторных, — хихикнула Анька. — Он поначалу хотел на Кузьке свои закуски проверить, но решил, что лучше на барышнях.