По броневой рубке сильно ударило, но броневая стенка толщиной в десять дюймов оказалась не «по зубам» 203 мм снаряду, она бы прямое попадание двенадцати дюймового «чемодана» спокойно выдержала. Зато всех внутри оглушило изрядно, будто в колоколе оказались — некоторые даже с ног попадали. Да на секунду в узких амбразурах показались языки пламени, что словно лизнули сталь.
Бой продолжался, яростный и упорный — корабли противоборствующих сторон шли кильватерными колоннами. В русской отряде остались четыре корабля в линии, у Камимуры все те же пять крейсеров, что продолжали беспрерывно стрелять. Им отвечали, пусть не так быстро, но иногда можно было заметить больше десятка высоких всплесков — главный калибр броненосцев и «Нахимова» доставал до японцев и, возможно, какой-то ущерб они потерпели. Но несерьезный — палили как заведенные, пожаров на крейсерах Камимуры не наблюдалось.
— Что-то я не вижу повреждений у неприятеля?
— Мы ведь постоянно рыскаем на курсе, по два кабельтова уходим влево или вправо. Это сбивает всю пристрелку, ваше превосходительство, вот и промахиваемся часто.
— Зато японцы попадают, Константин Константинович. А если бы по ниточке шли, то давно бы в пылающие костры превратились. Так что все правильно — если сам не умеешь стрелять, то не давай это делать противнику в выгодной для него ситуации, — фыркнул Фелькерзам, посмотрев на Фитингофа, что стоял рядом и, несомненно, прислушивался к разговору командующего эскадрой с начальником штаба.
— Учтите, у него снаряды расходуются в гораздо большем количестве, чем у нас, даже если они загрузили полуторный боекомплект. Надо просто перетерпеть, рано или поздно, но думаю первое, стрельба прекратится, и мы поучим передышку. Думаю, времени пройдет не больше получаса, но скорее меньше. Так что ждать недолго осталось.
— Позвольте спросить,ваше превосходительство, отчего такая уверенность, — осторожно сказал Колонг, отведя взгляд в сторону.
— Японцы народ низкорослый и физически слабый, а шестидюймовые снаряды весят по сто фунтов. Это очень тяжело для людей, у которых собственный вес лишь немного больший — устают и выматываются. Большая скорострельность была в начале боя, а через четверть часа стала снижаться — заготовленные заранее снаряды и заряды закончились. Кстати, рискованное это занятие — именно так погиб «Фудзи». Ведь на нем прогремели два взрыва, а, значит, вначале взорвался боекомплект в башне, а потом рванул погреб, — Фелькерзам посмотрел на идущую впереди эскадру Небогатова — броненосцы вели огонь неспешно, осыпаемые снарядами кораблей Того. И, закурив папиросу, Дмитрий Густавович, приложив ладонь к животу, поморщившись от приступа боли, закончил свою мысль.