Десяток мгновений дети застыли в полнейшей тишине. Все камнекрабы удрали и зарылись в окрестные кучи, а в воздухе осталась только каменная пыль после боя. Старик ждал где-то с полминуты, прежде чем подошел выдернуть копье. С ним пришлось изрядно повозиться — оно засело слишком глубоко и не хотело выдергиваться, но в конце концов подалось.
Дети ожили, и один за другим, с опаской подходили к этому мертвому монстру. Всем хотелось вблизи посмотреть на такое большое и теперь уже мертвое существо. Старик, выдернув копье, воткнул его в каменную насыпь рядом с собой. Дышал он тяжело и вытирал пот. За время этого боя он устал — это было видно. И им просто повезло, что больших крабов было только трое.
За Драмаром стоял Саркх, и уже с восхищением смотрел на старика, в одиночку прикончившего таких существ.
— Какой большой… — пробормотала Кая, боязливо выглядывая из-за спины Кайры. Одно дело наблюдать за тварью издалека, и совсем другое — рассмотреть вблизи.
Зур’дах подошел одним из последних — только сейчас он мог посмотреть на поле боя. Позади лежало два мертвых камнекраба: небольших, меньше тех, которые стояли против него. Кто-то из их отряда умудрился справиться с двумя тварями, при этом гоблиненок еще раз посмотрел на соплеменников — никто не получил никаких ран. Все были целы. Это немного радовало.
Гоблиненок встряхнул руки. Сейчас, когда все закончилось, он внезапно почувствовал, что даже поднять руку вверх и то тяжело. Не говоря уже о том, чтобы взять в нее копье и продолжить сражаться. На тренировке, когда старик заставлял их делать выпады, он выдерживал с копьем больше времени и не выматывался, а тут всего за пара минут боя — и руки налились свинцовой тяжестью, опускаясь к полу. Оба краба знатно его погоняли. Может, дерись он против одного, то так бы и не устал.
Драмар, окончательно убедившись что краб мертв, прошелся вдоль кучек щебня, и потыкал каждую из них копьем, убеждаясь, что там никто не спрятался.
Зур’дах, подойдя к мертвому монстру, осторожно дотронулся до него ногой. Броня того действительно напоминала сплошной камень — пробить такую их копьем было бы невозможно. Только попадание в глаза могло навредить и больше ничего.
Дети встали кружком, окружив мертвого краба со всех сторон. Особенно внимательно осматривала монстра Кайра. И понятно почему — в ее крови текла частичка именно этих существ, — камнекрабов. Саркх пробовал пальцем остроту клешни. Та оказалась не менее острой, чем их копья. Во всяком случае — порезался Саркх от легкого прикосновения к ней. А что такая клешня сделала бы с конечностью, если бы схватила, — несложно догадаться: от руки или ноги остался бы один обрубок.