Статусом его собеседник не вышел, чтобы признать его равенство уважительным «ты».
— Полагаю, я смогу сделать вам интересное предложение, — елейным тоном опытного плута принялся «плести кружева» Ян Антонович. — Видите ли, я являюсь представителем определенных лиц…
— Не интересует, — просто сообщил Иннокентий Степанович. — С падалью вроде вас я дел вести не буду.
Кирсанов осекся. Быстро он привык к хорошему. Уже и «позабыл», как обивал пороги клановых служб и не раз был удостоен подобной характеристики.
Салтыков же молча уселся в бронированный транспорт. Слуга тут же мягко закрыл за ним дверь. Лишь когда усиленное стекло отсекло его от мира, он позволил себе презрительно усмехнуться.
С другой стороны, именно ради последних слов стала возможной сегодняшняя встреча. И предназначались они вовсе не Кирсанову. Пусть и сказаны были в его адрес.
Имеющий уши да услышит. А у тех, кто стоял за Яном Антоновичем, «слух» был очень хорошим.
— Что, правда Волконский⁈
Громкий шепот за спиной уже не отвлекал шагающего по улице Павла от размышлений.
— Да, — подтвердила отставшая на пару шагов Катерина… вот уже в который раз.
Но Суки-тян было очень сложно принять новость, что идущий перед ней парень не просто вербовщик «волков», а один из членов Семьи.
Павел сделал очередной глоток кофе из стаканчика и прищурился от яркого солнышка.
Думать о чем-то важном не хотелось. Передышка нужна была как его поврежденным ребрам, так и его серьезно поработавшему в последние дни мозгу.
— Но ведь так не бывает!
В этот раз шипение рыжули прошло словно бы мимо Павла.
Да и почему бы не прогуляться после госпиталя, в котором Волконский получил не только помощь, но и душевный втык от Кошкиной.
— Как скажешь, — согласилась Катерина, бросив взгляд через забор на Особняк Ветви.
Их путь выходил на финишную прямую.
Ковальчук явно хотела что-то возразить, но тут взгляд ее упал на герб, украшавший центральные ворота.
— Господин! — двое гвардейцев синхронно поклонились спокойно дожидавшемуся, пока створки распахнутся Павлу.
Катерина невольно развеселилась, вспомнив, как поначалу реагировали на такие выходки сюзерена бойцы ВС и сотрудники секретариата. Мысль о том, что «небожитель» может «просто прийти» в джинсах, бомбере и с кофе в руках была для многих слишком… экзотичной.
Ничего, привыкли через какое-то время. И подписали обязательные бумаги о неразглашении. По требованию секретаря. Просто на всякий случай.
— Юлия, — негромко позвал клановец притормозив.
Рыжая тут же сделал несколько быстрых шагов вперед.