Пролог
Пролог
— Проходи, — негромкий голос Главы клана Волконских разнесся по просторному кабинету. — Дай посмотреть на тебя.
Они давно не виделись лично. За это время племянник сильно изменился. И в лучшую сторону. От былой легкой сутулости не осталось и следа. Равно как и от едва намечавшегося, но уже заметного брюшка.
Сегодня перед Игорем Георгиевичем стоял крепкий юноша с прямой осанкой и твердым, спокойным взглядом.
— Здравствуйте, Глава, — ровно произнес он и церемонно поклонился.
— Оставь, — предложил хозяин кабинета, с удовольствием рассматривая племянника.
В какой-то момент жизнь этого юноши едва не свернула не туда. Во всяком случае, старшие родичи меж собой поставили большой крест на молодом человеке. Даже отец, и тот почти смирился, что одному из сыновей останется лишь условно-представительская роль в клане.
Однако все изменилось.
Сейчас перед Игорем Георгиевичем сидел крепкий молодой человек в неброском, но явно со вкусом подобранном костюме. Не было в его движениях и взгляде былой суетливости. Однако был он собран и очень серьезен.
— Виделся с отцом? — начал диалог Глава, внимательно наблюдая за собеседником.
Реакция племянника не понравилась Игорю Георгиевичу сразу.
Тренированный глаз тут же отметил, как едва заметно напряглось тело собеседника.
— Нет, — покачал головой парень. — Собирался позвонить ему сразу после разговора с вами.
«Молодец.» — оценил Глава умение молодого человека держать себя в руках. Даже опытный переговорщик мог бы не заметить напряжения собеседника.
— Что-то случилось? — уточнил мужчина.
Вместо ответа племянник встал из-за стола и четко выполнил еще один церемониальный поклон.
— Я женюсь, Игорь Георгиевич.
На кабинет каменной плитой обрушилась тишина. Именно этот сын Анатолия Георгиевича распоряжаться своей судьбой права не имел.
— И на ком же? — постарался как можно ровнее поинтересоваться Глава.
— Не могу ответить, — столь же четко заявил замерший по стойке «Смирно!» наследник.
Председатель Правления скривился. В целом, ожидаемо. Собеседник верно рассудил, что в нынешних условиях главный Волконский вполне может попытаться и убрать неожиданное «препятствие». Вплоть до.
Мужчина откинулся на спинку кресла. В груди его сверхновой взорвалось раздражение. Однако опыта в переговорах у него было куда больше, чем у племянника, а потому чувства свои он умудрился скрыть. Да и вспомнил мужчина в первую очередь недобрым словом своего брата, а не собеседника. «В еду он своим детям что-то подмешивал, что ли⁈» — мысленно возмутился хозяин кабинета.