— Тогда действуйте, — произнес я. — Однако если что-то пойдет не так, сразу сообщайте. Я вмешаюсь.
— Непременно, господин Дамар, — кивнул Рахэ.
— Тогда на сегодня все, — подвел итог я. — Благодарю за встречу и надеюсь в скором времени увидеть вас всех здесь. Уже в качестве моих людей.
— Мы постараемся уложиться в три дня, — ответил Рахэ за всех.
Я кивнул в ответ и встал. Бойцы поднялись вслед за мной.
Попрощавшись со мной вразнобой, они потянулись в прихожую в сопровождении Тахира, а Рахэ задержался. Я продиктовал ему номер своего мобильника, и он последовал за остальными.
Я же направился к чайнику.
Когда Тахир вернулся, я уже налил себе кофе и обернулся с чашкой в руках.
— Ну что, с почином нас, — слегка улыбнулся я. — Первые люди у нас есть.
— То ли еще будет, господин! — с довольной улыбкой отозвался гвардеец.
— Все будет, — кивнул я. — Непременно.
На следующий день в десять утра за мной приехала клановая машина. Сегодня должна была состояться церемония прощания с погибшими членами моего рода. Я не стал брать с собой Тахира на арендованной машине, не тот момент, чтобы показательно отделяться от клана.
Клановая машина привезла меня к самым воротам Парка Памяти, как здесь называли кладбище, и я первым вошел на его территорию.
Никаких могил в Парке Памяти не было, он представлял собой именно парк. Каждое дерево было посажено в честь кого-то, на каждом дереве висела табличка с именем. Считалось, что когда дерево вырастет, умерший обретет новую жизнь в бесконечном цикле перерождений.
Отношение к смерти здесь вообще было спокойным. Все прекрасно понимали, что ушедшему за грань никакие ритуалы не нужны. А для живых жизнь продолжалась.
Понятия траура в этом мире не существовало как явления. По крайней мере, в памяти своего предшественника я ничего подобного не нашел. И лично мне такой подход был по душе. Зачем демонстрировать свое горе?
Большинство аристократов были магами приличного ранга, они высоко ценили силу. Умение держать удар — тоже часть силы.
К тому же, извечное «род превыше всего» играло свою роль и здесь. Пока есть хотя бы один носитель крови, род жив. Это — главное.
В общем, атмосфера на Площади Прощания, которая располагалась в центре Парка Памяти, была далеко не такой гнетущей, как я опасался.
Да, радости не было, люди пришли попрощаться с друзьями и близкими.
Но и черной тоски тоже не было.
Погибших провожали в новую жизнь, и многие в тайне надеялись, что там им повезет больше. Всегда же есть, чем быть недовольным. А новый старт — это новый старт, там все может сложиться совсем иначе.