Подготовка.
Пронзительный и испытывающий взгляд Кронида прошелся по каждому из нас. В конце он остановился на мне.
— Доложите о достигнутом. Коротко! — произнес он голосом, пробравшим до пят.
— До бастиона Тьмы и Света добрался. Но внутрь, увы, попасть не успел, — решил я ответить уклончиво.
Марк Туллий прочистил горло коротким кашлем и басовито пророкотал:
— Призвал ты меня, повелитель, когда я с Соловьем торговался. Так что, пришлось изрядно переплатить. Но боевой самоход я приобрел.
Пелит, как только легат закончил говорить, огладил бороду и степенно поведал:
— С Оружейником многомудрым я беседу вел, когда зов твой услышал. Но всё же успел боеприпасов для легионеров стратегумахоса купить втайне от хозяев форта.
Несмотря на явное нарушение требования «коротко» Олимпиец лишь одобрительно кивнул, а его взгляд перешел на темных альвов.
Тильмиро резко дернулся при взгляде Зевса, а после кивнул. Его лицо застыло непроницаемой маской, но в глазах явно тлела ярость. С нею в голосе он и выпалил:
— Успел призвать полтора десятка членов моего культа. Остальные остались ждать.
Лаксиэль же, опустив взгляд, лишь добавила:
— Прости, повелитель. Времени было чересчур мало.
Кронид мотнул головой, коротко и жестко. Из его груди вырвался злобный выдох. Когда он заговорил, голос громыхал рокотом приближающейся бури:
— У меня осталось сорок семь минут до того, как выбранные мной герои, воители и юниты пойдут штурмовать воздвигающийся храм. Но, благо, время внутри воинского лагеря могу я замедлить стократно, — Громовержец перевел свой взгляд на ромея. — Ты, стратегумахос, получишь восемь десятков часов для подготовки. Используй их с мудростью. Или погибни впустую. Созывай мой легион. Кван И также приведет своих воинов.
Марк Туллий молча кивнул и ударил себя кулаком в грудь. Через мгновение он растаял в воздухе.
Кронид окинул всех, кто остался, пристальным тяжелым взглядом.
— Ожидайте Стратегумахоса в лагере, — его голос был низким, как гул далекого шторма. Перст Олимпийца поднялся и указал последовательно: сначала на меня, затем на Пелита. — Когда он вернется, обсудите план штурма.
Затем длань Зевса уперлась в Тильмиро и Лаксиэль:
— Мне нужно кое-что обсудить с вами обоими.
— Слушаемся, повелитель, — в разнобой ответили мы все хором.
Олимпиец лишь кивнул в ответ. Мир моргнул, а мы втроём оказались на лагерном плацу возле моих трофеев, лежащих на земле с вытоптанной травой.
Пелит сразу же с интересом принялся рассматривать иномирные артефакты. После чего проронил: