— А у нас четыре сотни стрелков и сотня гренадер, — задумчиво протянул Аладьин и заметив, как насупился Корч, добавил: — Про твоих казаков, атаман, я тоже помню. Но мало их, два десятка всего. Навалятся всей силой супостаты, не отобьёмся, государь, — поднял майор на меня глаза.
— Если на месте стоять, то обязательно навалятся, — жёстко припечатал Корч.
— Что ты предлагаешь, Евстафий? — поинтересовался я у атамана. — Немного времени у нас есть. Как я уже сказал, у турок поблизости серьёзных сил нет. Бейлербей в Силистрии своё войско держит. Там у него Дунайские княжества под боком, Трансильвания, Венгрия. А здесь кого боятся? Но корабль починить, мы всё равно не сможем.
— Думаю, нужно в Молдавию идти, — заявил запорожец. — Там сейчас союзник польского короля, Константин Моливэ правит. И тебе, Фёдор Борисович, как другому союзнику Сигизмунда, помощь должен оказать.
— Он и окажет, — невесело усмехнулся я. — Константин как раз сейчас с польскими отрядами Вишневецкого и Корецкого Валахию с тимишварским пашой делит: победит, полякам меня отдаст, проиграет, его бояре меня Касиму выдадут. И что-то мне говорит, что не турки, ни поляки меня живым из плена не выпустят. Но дело даже не в этом. До Молдавской столицы отсюда около четырёх сот вёрст будет, и это если по прямой идти. А там ещё нужно через Дунай как-то переправится и Буджакскую степь пёхом пройти. Те же ногаи на полпути переймут.
— Это как идти будем, — попробовал возразить атаман, не сумев скрыть сомнение в голосе.
— А если в Валахию пробиться попробовать? — вскинулся Никифор. — И добираться ближе, и на престоле Густав сидит. Уж он-то тебя, царь-батюшка, нипочём ни туркам, ни полякам не выдаст!
— Да зарезали твоего Густава давно! — отмахнулся я от главного рынды. — Не турки с поляками, так свои бояре зарезали. Там сейчас даже у опытного царедворца и великого полководца при сложившихся раскладах мало шансов выжить. А уж этот… — я сделал выразительную паузу, давая понять, что вышеназванными талантами швед отнюдь не блистает и продолжил: — Да и триста вёрст всё равно без боя не пройти. Дунай этот опять же никуда не делся.
Вспомнив о шведе, я тяжело вздохнул. Зря я на него за подставу перед султаном злился. Судя по поджидавшим меня в Крыму турецкой армии и флоте, войны с Османской империей всё равно было не избежать. И последовавшие затем выкрутасы Густава в Тырговиште, ни на что уже не влияли. Скорее наоборот, швед, захватив в Валахии власть и встав во главе антитурецкого восстания, мне на руку сыграл. Во всяком случае, теперь ногайцы обратно в Причерноморье не вернутся. Кантимир-мурза и раньше туда не сильно рвался, а теперь у него официальный повод есть, чтобы в Буджакской степи остаться; мятежные валахи под боком.