— О, Игорь! Нас снова свела судьба! Мне кажется, что это знак свыше!
Я ответил, как меня подучил «лейтенант Вадик», в нейтральном ключе и на немецком:
— Не скажу, что я очень рад был видеть тебя, Вольфганг, но определенно в наших постоянных случайных встречах что-то есть…
— Разговорчики! — лениво протянул сидевший бок о бок с гауптманом конвоир.
Мы дисциплинированно замолчали, но минут через пять ефрейтор (тоже, наверное, в офицерском звании, как его начальник-«старшина») очень натурально стал клевать носом и еще через некоторое время уснул, опершись обеими руками на ствол автомата. Теперь ничего не мешало абверовцу вести вербовку потенциально ценного сотрудника. Но начал он издалека, с общих тем — принялся вполголоса, чтобы не разбудить конвоира, комментировать пролетающие (на мой взгляд, проползающие) за окном пейзажи, сравнивая их с картинами Дюрера и Гольбейна. На что я, вроде бы нехотя, отвечал в стиле: говно ваши немцы, а вот Левитан и Шишкин — те о-го-го! В общем, как говорил один печально известный правитель России (мудак и предатель): процесс пошел!
Постепенно Вольфганг переключился с пейзажей на воспоминания о собственной жизни в светлом эльфийском королевстве — Третьем рейхе. Где, по его словам, молодым всегда дорога, а старикам всегда почет, а еще молочные реки детям, бабам цветы и три корочки хлеба каждому нуждающемуся (которых такой заботой уже практически извели). Я удивленно (только бы не переиграть!) переспрашивал, мол, неужели это может быть правдой — такая шикарная жизнь и буквально для всех. На что Вондерер отвечал развернуто, беспрерывно сыпя примерами. По его словам, получалось, что для присасывания к титьке всеобщего германского счастья надо всего лишь объявить себя немцем. И блага посыплются на голову нового счастливчика как из рога изобилия, только успевай подставлять ладошки: интересная высокооплачиваемая необременительная работа, шикарное жилье, веселые девушки облегченного поведения, поездки на лучшие европейские курорты, а для еды и питья — нектар и амброзия (лучшие рейнские вина и телятина из Тюрингии).
Меня еще ни разу не вербовали, и мне было интересно: неужели схема настолько примитивна? Все-таки бочка варенья и корзина печенья? С довеском из уютной норки и покладистых баб? Выходило, что так и есть. Впрочем, будь у абверовца на меня хоть какой компромат, схема вербовки была бы другой. Уж тогда он не стал бы разливаться соловьем, рекламируя «немецкий образ жизни»!
Процесс шел, разговор вполголоса, чтобы не услышали другие пассажиры, плавно перетекал от расписания благ к минимальным требованиям для кандидатов (пока еще без персонализации), я вроде бы уже начал склоняться к «продаже Родины», и тут… знакомо затрещало за бортом нашего «пепелаца». Судя по скорострельности, лупил немецкий пулемет, буквально сразу к первому присоединилось еще два. Твою мать! Опять засада!