«Как бы сеть не словить. Может же он пожертвовать одним своим? Вполне. Да и в партере я таким тварям мало что сделаю…» — подумалось мне, когда очередной шаг левой ноги отозвался сильной болью. Бил я правой, но левую скелет в один момент сжал свободной рукой так, что, казалось, он мне кость сломает. Дури в этих порождениях некромантии было невероятно много, а прочность костей откровенно пугала.
Я ведь чуть пятку себе не сломал, пока дробил череп практически беззащитной твари.
А ведь не факт, что получится постоянно их вот так валить…
Второй и третий копейщики планомерно приближались, всё так же пытаясь меня окружить, в то время как скелет с сетью держался чуть поодаль, как будто бы стараясь улучить момент, когда я отвлекусь. В его способности бросать сети на много метров сомнений у меня не было, так что я был начеку и постоянно увеличивал разделяющее нас расстояние. Умные сволочи тоже не торопились друг от друга отдаляться после того, что я сделал с их ныне почившим товарищем, что, конечно, являлось той ещё проблемой.
Приходилось выжидать, заманивая тварей всё выше и выше, пока, наконец, я не упёрся спиной в огромный то ли валун, то ли кусок скалы. Его можно было обойти, но план заключался в ином.
Именно здесь не было ни единого ровного места, на котором скелеты со своими копьями могли бы нормально развернуться, и ввысь тянулись весьма многочисленные камни высотой с мой рост, препятствующие манёвру и видимости. Я с кинжалом мог виться вокруг сколь угодно долго, а вот копейщики себе такого позволить не могли: эти естественные препятствия ограничивали свободу их действий именно так, как требовалось мне. Я легко мог выгадать подходящий момент и разделить их, лишив подобия жизни каждого по-отдельности.
И теперь план начал реализовываться, так как воодушевлённые моей «ошибкой» скелеты прибавили ходу, покуда в один прекрасный момент нежить по правую руку не оказалась отделена от собрата валуном, а от метателя сетей — расстоянием.
Я рванул в его сторону, касаясь камней ногами лишь на необходимое для нового толчка мгновение. Секунда — и копейщик перехватывает своё оружие поближе к наконечнику, так, чтобы я уже не мог легко его обезоружить, но это не играет никакой роли. Набранного ускорения с лихвой хватило на то, чтобы впечатать в бедолагу обе ноги, — всегда мечтал так сделать! — а моей ловкости и допущенной неживым ошибки — на то, чтобы обойтись лишь небольшим порезом на бедре в качестве платы за мою дерзость.
Скелет стремительно покатился вниз, переломав по пути копьё, а я последовал за ним, перепрыгивая с камень на камень и удаляясь от оставшихся противников быстро настолько, что у них не осталось ни малейшего шанса поспеть за мной.