Свернув технику, я поспешил назад к броневику.
От резкого торможения девочки проснулись и наблюдали за боем. Когда я нырнул в машину, они бросились мне на шею.
— Как это было здорово! — выдохнула Арина. — Вы такой классный!
— Все в школе обзавидуются, когда мы будем рассказывать, как вы нас спасли! — восторженно добавила Глаша.
Глаза у обеих сияли.
Боже, благослови детство!
— Вперёд, вперёд! — садясь за руль, сказал я. — Нам нужно успеть до темноты.
Через полтора часа мы увидели бурю.
— Я и понятия не имел, что они случаются так часто! — пробормотал я, глядя в лобовое стекло.
— Да, просто большая часть не доходит до города. Или сворачивает, — ответила Марта.
— Да, ты что-то такое говорила. Но это уже которая за два дня!
Девушка пожала плечами.
— Есть места, где они вообще не прекращаются. Поэтому самолёты летают так редко. А пилоты ценятся так сильно.
На горизонте, за которым находился Камнегорск, примерно в паре километров от нас бешено вращались протянувшиеся от неба до земли изогнутые воронки.
— Главное не попасть в одну из них, — сказала Аглая. — Проскочить между ними.
— Легко сказать, — процедил я. — Сколько они в диаметре? Метров сто?
— Может, и больше. К тому же, движутся совершенно непредсказуемо.
Проклятье! Если такая тебя захватит, пиши пропало. Мигом оторвёт от земли, поднимет, а потом швырнёт обратно. Если выживешь во время этого бешеного вращения, непременно превратишься в лепёшку, когда врежешься в поверхность. Даже если это будет песок. Это он, когда по нему босыми ножками шлёпаешь, мягкий. А если врежешься на полной скорости, ни хрена от тебя не останется!
Воронок было штук шесть. Они двигались из стороны в сторону, иногда меняясь местами. А время от времени застывали на несколько минут, словно циклопические колонны. И мы стремительно к ним приближались, так что смерчи росли. Вскоре стало ясно, что проскочить между ними будет совсем не просто. Он засасывали тонны песка, так что вокруг них курилось коричнево-жёлтое марево, а внутри этих колонн то и дело мелькали молнии. Когда мы почти добрались до них, стало ясно, что по земле стелятся клубы пыли. К счастью, видеть воронки они не мешали: те были слишком огромными, чтобы пропасть из виду. Зато небо совершенно пропало, и мы оказались в лежащем на земле гигантском песчаном облаке. Уши закладывало от рёва и грохота, по броне стучали мелкие камешки, и всё было заполнено непрерывным шуршанием.
Первый смерч я объехал за двести метров — благо, расстояние между ними было приличное. Воронка пронеслась мимо нас, извиваясь и ревя. Но почти сразу пришлось свернуть вправо, чтобы избежать столкновения с другой. Тут мы проскочили всего в сотне метров. В опасной близи. Боковые колёса в какой-то миг даже немного оторвало от земли.