— Мне кажется, это не очень хорошая идея, — немного отстранился я. — Есенин мой друг…
— Друг, насри в круг, — резко отстранилась она и уставилась куда-то в одну точку, а затем вдруг разревелась.
А я сидел и силился хоть что-нибудь понять. Но разве это возможно?
Женщины настолько не похожи на нас, мужчин, что порой кажется, будто прибыли с другой планеты. Вот что могло пойти не так? Она живёт с моим другом, братом моей жены и как по мне, так между нами просто ничего быть не может.
Почему она плачет? Из-за меня или у них с Серёгой что-то не так? Как спросить, как её успокоить?
— Крис, — я осторожно коснулся её плеча. — Ну ты чего, эй?..
Но девушка всё так же продолжала содрогаться в рыданиях. Тихо, лишь носом изредка шмыгала.
Так продолжалось ещё какое-то время, а затем она точно так же внезапно успокоилась, подняла на меня зарёванные глаза и грустно улыбнулась.
— Извини, Глеб, всё нормально.
— Ничего себе, нормально, — криво ухмыльнулся я. — Боюсь даже представить, что будет, когда станет не нормально.
— У Серёжи другая женщина, — внезапно вывезла Кристина. — Мы уже долгое время не живём вместе.
— Подожди, — я не поверил собственным ушам. — Но как, почему? Прости, я ничего не понимаю. С чего ты вообще это взяла?
— Я это знаю, — вздохнула та. — Женщину не обманешь. Он стал холодным, перестал обращать на меня внимание…
— Ну подожди, это ещё ни о чём не говорит… Я не видел его ни с кем, — перебил её я. — Ты же понимаешь, у него дел выше крыши, на нём весь город держится.
— Я их видела, — отвернулась та и снова уставилась в одну точку. — Я боюсь, что останусь одна, — грустно улыбнулась она. — Глупо, правда? Я такая дура, прости…
Кристина вдруг соскочила с дивана и рванула к выходу. Не знаю, что на меня нашло, может быть, я хотел её успокоить, а возможно, сыграл тот факт, что и сам давно не ощущал тепла и ласки.
Я сорвался следом и ухватил её за запястье, придержал, немного потянул на себя и вот Кристина уже в моих объятиях. Глаза встретились, а время остановилось. Хватило пары ударов сердца на паузу, а затем наши губы сомкнулись в поцелуе.
Мою крышу оторвало за мгновение, внутри всё кипело, кровь гулко стучала в висках. Ни о какой нежности речи и быть не могло, напротив, очень хотелось сделать ей больно. Я не сдержался и укусил её за нижнюю губу.
Кристина отстранилась, с возмущением посмотрела мне в глаза, а затем хитро прищурилась и впилась зубами мне прямо в шею.
Сладкая боль пронзила тело, а вместе с ней в кровь ворвались гормоны, что отвечали за мою аномалию. Я слегка оттолкнул девушку от себя и воспользовался силой.