Да, мы под защитой, территория оцеплена со всех сторон доблестными воинами Цинкина, что отправились вперёд на машинах. Но это не повод расслабляться и вести себя безответственно. К тому же сейчас глубокая ночь, потому переправа запланирована на завтрашнее утро.
Взрыв прозвучал в предрассветной тишине и эхом прокатился по водной глади. Произошло ровно то, чего мы так опасались, на нас напали. Кто и с какой целью, выяснять будем после, если вообще останемся живы.
Атака не была спонтанной, и это стало ясно сразу. Мир вокруг пока не успел наполниться звуками войны, а от противоположного берега в сторону наших судов уже спешили быстроходные моторные лодки, заполненные вооружёнными людьми.
Крики командиров то и дело звучали отовсюду: с берега, на судах. Пока я крутил головой, стоя у иллюминатора и силясь спросонья сообразить, что вообще происходит, мимо него пробежали несколько человек с автоматами. Они, недолго думая, остановились у борта и, используя его в качестве упора и прикрытия, грохнули очередью по наступающим лодкам.
Противник не заставил себя долго ждать, ответка прилетела в борт, а заодно и в нашу с Викой каюту, что расположилась на второй палубе теплохода.
Мы не боевой корабль, и обшивка не предназначена останавливать пули, даже автоматные, потому они без особого труда прошили стены. Однако мою защиту преодолеть были не в силах, но и вечно сдерживать их я не смогу.
— Быстро вниз! — скомандовал я жене, которая уже прижимала к себе плачущего Ярослава.
Девушка коротко кивнула и выскочила из каюты в коридор, который вовсю заполнялся людьми. Никто не хотел умирать, к тому же здесь, по большому счёту, мирное население: старики, женщины и дети. И вся эта масса сейчас представляла собой мечущихся в беспорядке людей, при этом кричащих и воющих.
Вику подхватило потоком паникующих, и плач сына смешался с общим воем толпы. Надеюсь, с ними всё будет в порядке, и чтобы это было именно так, мне нужно их защитить.
Иллюминатор отлетел в сторону, и я смог выбраться на палубу. В предрассветной дымке тумана, что сейчас застилала водную гладь, вполне отчётливо просматривались силуэты нападающих. Их оказалось немало, навскидку, только к нашему теплоходу спешило не менее тридцати лодок, и всё это время стрелять с них не прекращали.
Четверо из пяти бойцов, что пытались прикрыть нас в самом начале заварухи, были мертвы. Последний сидел, привалившись спиной к борту, и держался за шею, а из-под его пальцев хлестала кровь. Вряд ли у него есть хоть какие шансы, не в этой кутерьме уж точно.