— Кроме силы огненных магов, с чем ещё можешь работать? — продолжила интересоваться я.
— Вода не слушается, — заворожённо глядя на монеты, ответил мне парень, — воздух не пробовал.
За неделю работы с юным артефактором выяснилось следующее: золото лучше всего хранит магическую энергию. Если влить очень много маны, то артефакт прожжёт любой предмет насквозь и быстро угаснет, если умеренно, то просто будет греть нескольких дней. Но нужны ещё испытания.
Серебряные артефакты чуть хуже, но ненамного.
В таких изысканиях прошла почти неделя и к отъезду отца мы уже многого добились, и даже Линкольн перестал постоянно смущаться.
— Леди Анна, — кивнула я девушке, и она тут же выложила на стол три круглых предмета: золотой, серебряный и медный.
— Линкольн, взгляни, — повернулась я к сидящему напротив парню, — это полые шкатулки, крышки откидываются, внутри них ещё один шарик, но уже цельный, назовём его ядром. Его ты напитаешь огненной магией максимально. А во внешнюю оболочку вложишь мою силу. Начнём с меди. Действуй.
Моя магия могла как усиливать, так и нейтрализовать иную. Я тренировалась весь год, медитируя, познавая свою сущность и дар. И смогла добиться хороших результатов: теперь я могу сделать так, чтобы огненный маг не смог выпустить свою силу наружу. Если раньше огонь просто исчезал на подлёте ко мне, то сейчас одарённый, как бы ни пытался, не был способен выпустить пламя за пределы своего тела. Впрочем, это касалось всех магов, а не только огневиков.
Как только Линкольн закончил, и закрыл крышку круглой шкатулки, я тут же кивнула сэру Локвуду, тот без тени страха взял новый артефакт в руку, отомкнул замочек и, недолго думая, пульнул медный шар в противоположную стену и тот, пущенный с приличной силой, на лету раскрылся, выпуская горящее ядро, оно со смачным звуком врезалось в каменную кладку, прожигая в ней глубокую дырку.
— А шкатулка-то цела, — довольно пробормотала я, поднимая предмет с пола, — у нас появилось новое оружие, и им сможет пользоваться обычный человек. Только вот сильно дорого такие артефакты будут обходиться казне, — и это расстраивало сильнее всего.
Ближе к вечеру, я стояла на пирсе и смотрела в синие глаза отца такие же, как у меня.
— Будь осторожна, Лои, — напоследок предупредил меня он, — враги не спят, более того они всегда рядом. Это хорошо, что у тебя уже два менталиста, сканируй всех подозрительных людей. Ты всегда должна быть на шаг впереди… Переписку с принцем Михаилом веди, возможно, сие окажется весьма полезным для Англосаксии.
Я молча кивнула и обняла Вильгельма, всё же по крови он мне самый близкий человек, для короля оказавшийся неожиданно добрым и понимающим.