Но вот друзья достигли стены и, милостью Праматерей, легко нашли место, где бросили лестницу. Оглянулись, прислушались — нет, никто не преследовал их. Поставили лестницу, вскарабкались на стену. Перекинув лестницу на ту сторону, спрыгнули сами. Отряхнулись от снега, перевели дух. Джош отер лицо мокрой рукавицей, поправил шлем и сказал:
— Мы спасем бурхомистра и получим награду. И добро сделаем, и себе хорошо.
Он решительно зашагал в направлении ярмарки. Марек двинул следом за другом.
Дорожка, по которой они шли, была единственной преградою между чертой города и владениями епископа. Справа — забор погоста, в просветах меж досок виднеются памятники и черные жерла погребальных колодцев. Слева — стена епископского сада, через которую тут и там переклоняются костлявые лапища деревьев. Похожи на виселицу, что ожила, отрастила сучковатые руки, и жаждет поймать жертву и втянуть в удавку. Возможно, только жуткая обстановка была причиной дурных мыслей, но отделаться от них Марек не мог. Поразмышляв на ходу, он дернул Джоша за рукав:
— Слушай… а куда мы идем?
— Ясно, куда! К шерифу.
— И что ему скажем?
— Ты будто маленький! Скажем: мы нашли злодея, который хочет убить бурхомистра. Защитите милорда, а нам дайте награду.
— Шериф спросит: чем докажете?
— Да ясно, чем!.. — отмахнулся Джош. Марек остановил его, развернул к себе.
— Пойми, Джош: нет у нас доказательств. Мы даже глазами ничего не видали, а только слышали. И вот мы скажем, что слышали, будто епископ хочет убить бургомистра. Два подмастерья обвиняют не кого-нибудь, а самого епископа! И без доказательств, понимаешь?
— Так мы же сами слышали!..
— А шериф нам поверит? А хоть кто-нибудь — поверит?
Джош растерялся.
— Да как же не поверить, если мы слышали… Ясно же слышали, каждое слово разобрали!
— Даже тут ты неправ. Мы сначала слыхали что-то про бургомистра, а потом отдельно — про какое-то скверное дело. Джош, пойми: шериф не поверит нам. Я б тоже не поверил, если б был на его месте.
Друг поскреб затылок, поморгал. Хмыкнул, сплюнул:
— Ну и ладно! Мы должны хоть попытаться! Не можем же просто смолчать!
Он снова зашагал к центру города — еще решительней, чем прежде. Марек снова нагнал и одернул его.
— Брат, ты не уяснил всю глубину. В этих «Записках судьи» был похожий случай… Если шериф нам не поверит, то бургомистру конец. Но если поверит, то конец — нам! Шериф затеет суд против епископа. Тот выйдет сухим из воды, ведь улик никаких нету. Но запомнит, кто ему насолил. Понимаешь? Епископ хочет прикончить самого бургомистра — так что ему два щенка-подмастерья⁈ Плюнет и размажет!