Я утешал себя, что осталось потерпеть ещё немного. Всё имеет свойство рано или поздно заканчиваться. Истечёт и срок моих нравственных страданий.
Не то, чтобы мне была так уж противна Алёна. Очень даже наоборот. Вот только, неправильно это. Ничего, кроме горя их семье это не принесёт. И деньги, заплаченные мной за эту, в общем-то безобидную услугу с их стороны, и которые по идее должны были принести этим людям счастье, обернутся кошмаром. А стать тем «чёртом» который «всегда забирает свои подарки» я не хочу.
Сделка совершена, условия оговорены и, со своей стороны, я обеспечу их полное соблюдение. Как сделал бы на моём месте любой свободный разумный. Что же касается мимолётных желаний этой симпатичной самки условно-разумного, то ей придётся подождать. Повременить, до того момента, когда мы подъедем к их дому и я выпущу из стазиса её мужа.
Уверен, после того, как я их оставлю наедине, его ждёт очень, очень бурный секс. А пятьдесят тысяч долларов, полученных от меня, превратят возвращение из отпуска в настоящий праздник.
Такси остановилось у подъезда и, поскольку российских рублей у меня не имелось, Алёна рассчиталась пластиковой карточкой. Водитель помог выгрузить вещи, негромко хлопнул дверью и машина, сияя огоньками, укатила.
— Может, всё-таки зайдёшь? — С надеждой прошептала Алёна.
Её возбуждённые соски щекотали торс в области солнечного сплетения, и я ощутил, как в штанах зашевелилось. Алёна победно улыбнулась, а я, быстро поцеловал её в лоб и резко отстранился.
— Не стоит, милая. — Стараясь чтобы это не показалось откровенной грубостью, бесстрастно шепнул я. — У тебя любящий муж и прекрасный сын. Утром ты проснёшься и забудешь обо мне. И впереди вас ждёт много, очень много счастья.
Алёна разочарованно вздохнула. Её губы задрожали а в глазах заблестели предательские слёзы. Она резко отвернулась и, подхватив чемодан а другой рукой ведя за собой Артёмку скрылась в подъезде.
«Слава Тебе, Создатель» — Облегчённо вздохнул я.
Затем вошёл в стазис и буквально вытолкнул наружу Олега. В руках он по-прежнему держал барсетку с пятью пачками стодолларовых купюр.
— А, что? — Недоумённо завертел головой он.
— Догоняй. — Хлопнул я его по плечу и бегом направился прочь. И, обернувшись, бросил через плечё. — Они с Артёмкой уже наверное поднимаются на лифте.
Муж Алёны поёжился. Хоть Москве и было тепло, но температура явно не дотягивала до тропической жары Таиланда. Он абсолютно ничего не мог понять. Только что он находился в тропиках. И, получив деньги от этого странного, бесцеремонно набившегося в знакомцы парня, собирался арендовать банковскую ячейку.