Ноги в сапогах хлюпали — Катрин оставляла за собой мокрые следы. Мысли путались. Зажатый в руке кукри казался совершенно излишним. Что, собственно, делать железкой собиралась?
Там, за спиной, на площади перед домами что-то заметили. Раздался крик, и магическое очарование мгновенно развеялось…
До жаровни оставалось четыре шага. Стоящий на коленях здоровяк с удивлением уставился на свои приспущенные штаны. На широком лице мелькнуло негодование, будто и не его собственные руки мгновение назад рвали завязки. Солдат вскинул глаза на непонятно откуда взявшееся перед ним существо с черной жуткой физиономией. Катрин надеялась, что гигант продолжит изучение проблемы спонтанно возникшей эрекции. Увы, опомнился «крестовый» быстро. Лапа, величиной с лопату, метнулась к ноге девушки. Катрин пресекла неуместные вольности взмахом кукри. Бычью шею с одного взмаха перерубить не удалось, но от земных забот гигант избавился.
Быстрее!
По настилу гулко грохотали сапоги бегущих от набережной воинов. С другой стороны, у баррикады, поднимались на ноги трезвеющие почитатели Блоод.
Катрин пинками опрокинула пару бочонков и ящик. Твою мать! Чуть ногу не сломала. Небольшой ящик оказался плотно набит плетеными коробами с порциями картечи. Зато в бочонках был порох. Ну, кажется, именно он… Катрин сожгла немало разнокалиберных патронов, но порох в чистом виде видела один раз, да и то в детстве. Тот серый порошок на эту непонятную субстанцию походил слабо. Плевать, ничего более подходящего вокруг не видно. Катрин пнула бочонок, отправляя поближе к пушкам, — неохотно покатился, вываливая бурое густое содержимое. Катрин машинально уклонилась от пролетевшего копья. Мешают, сучьи дети, работать. К лазутчице бежали со всех сторон. Пинок по второму бочонку… Сыпьте и сейте разумное, доброе, вечное… Один из поклонников Блоод перепрыгнул через пушку. В лицо Катрин нацелился наконечник алебарды. Девушка изогнулась, уходя от укола. Клинок кукри был коротковат, но ничего, достал. По пальцам… Пусть орет, алебарду-то уронил. Катрин нагнулась за жаровней… Очень вовремя — над головой просвистело сразу несколько острых неприятных предметов. Что именно швыряют, любопытствовать было некогда. Жаровня оказалась мало того что раскаленная, так еще и чертовски тяжелая… Три или четыре фигуры надвинулись справа. К счастью, им мешал лишившийся пальцев воин. Удерживая бесценную жаровню, шпионка нырнула вперед… Свободный пятачок… Набегают со всех сторон, но перила-то рядом…
Блоод⁈
…Суккуб балансировала, стоя на перилах противоположной стороны моста. Шипела на самцов… скалила белые зубы… Клыки казались трогательно крошечными по сравнению с грубым оружием в мужских руках. Пока еще ни один из «крестовых» не решался ткнуть железом оголенную плоть.