Тьфу, как ни ложись, все равно что-то врезается в спину. Катрин повернулась на другой бок. Вот черт, телега еще и скрипит. На земле спать в сто раз удобнее. Но леди, даже исцарапанная, не имеет права ночевать, как нормальные люди. Внизу с удобством дрыхли Энгус и девчонка. Должно быть, сейчас на них сыпалась труха.
Даллап где-то шлялся. Отыскал общих знакомых и усиленно общался. Собственно, очень даже хорошо, что нашел. Иначе доверия к четверке бродяг было бы еще меньше. Из короткого разговора с ветераном Катрин уяснила, что знакомство с владельцами каравана прошло не очень гладко. По крайней мере, «крестоносцев» мудрые купцы почему-то врагами считать отказывались. Действительно, что такого, ну устроили люди засаду, с кем не бывает?
Ой, да провались они пропадом. Катрин не желала приобщаться к тайнам местной политики. Хотелось спать. Черт, хоть бы этот толстяк храпеть перестал…
Катрин вылезла из кустов, держа под мышкой свернутое платье. Натянуть на себя привычную походную одежду оказалось удивительным облегчением.
Утро выдалось солнечное. Собственно, уже и не утро. Солнце поднялось высоко. Торговый караван собирался в путь без особой спешки, и теперь хвост длинного обоза еще только втягивался в ущелье.
Кажется, облегчение чувствовали все. Ингерн улыбалась, Энгус тоже выглядел довольным. Даже невыспавшийся Даллап смотрел на тракт с оптимизмом. Хотя зрелище было довольно неприглядным: сборище людей и лошадей будто специально ставило себе целью загадить все внутри и вокруг лагеря.
Катрин извлекла из-под мешков свою глефу.
— Трогаемся? — хрипловато спросил Даллап. Ночные посиделки с бывшими коллегами, очевидно, не обошлись без определенного количества горячительных напитков, но держался ветеран бодро.
— Не так быстро, — сказала Катрин. — На Энгуса и Ингерн возлагается почетная обязанность забрать трофеи. Ингерн знает где…
— Лучше я с ней схожу, — поспешно сказал Даллап. — Там оружие, опытный глаз не помешает. Может, и не стоит все железо тащить.
Ингерн радостно закивала. Кажется, перспектива раздевать не очень свежие трупы ее не пугала.
Катрин пожала плечами:
— Идите, только не возитесь и догоняйте. А то мы эту выставку дерьма до вечера не пройдем.
Четыре дня пути по загорному тракту. Дремучие леса, безлюдье. Но все шло спокойно и сыто. Купцы от своих щедрот отвалили полмешка муки, немного масла и на удивление черствого печенья. Погода была хорошей, идти бы и идти, но Белесая начала поглядывать со значением. И действительно, дневку заслужили.