Преследуемые двигатели, как понятно, не глушили. В общем — в «стиле» Отряда Неудачников. Только что нам делать-то? И делать ли что-то?
А пока мы недоумённо обсуждали (Кубик, кстати, тоже недоумевал — совершенно нетипичное для минералоидов поведение, с его слов), ситуация с погоней изменилась. Причём иначе, как колдовством, увиденное я объяснить не могу, хотя Мозг объяснял это какими-то «пороговыми взаимодействиями». А именно: кристалл сллайш пролетал относительно недалеко от крупного астероида (или — небольшого планетоида, пара сотен метров в самом «длинном» месте бесформенная каменюка). Недалеко по космическим меркам, как понятно, так-то — десятки километров. И вдруг, не говоря ни хорошего, ни плохого слова, эта каменюка ускоряется по сложной траектории, в минуту догоняя грузовой корабль и размазывая его дюзы. Сам корабль, нужно отметить, уцелел и, судя по продолжающимся жалобным писком о помощи — не сильно пострадал. Но потерял ход и возможность его набирать до серьёзного ремонта, как понятно.
— А давайте выйдем на связь, — решился я. — Хоть поймём, что и как.
Возражать никто не стал. Но…
— Поганые воры!!! — взревел стучаще-скрипящий голос на наш вопрос в эфире. — Тоже решили поживиться на полях жизни?!! Ну так… — а дальше последовал непрекращающийся поток мата.
Попытки объясниться — ни к чему не привели. Торгаш пищал уже направлено, «спасите-помогите-в долгу не останемся!» в наш адрес. И, чтобы не было сомнений, в нашу сторону ОЧЕНЬ бодро чесал этот корабль кристалл, помахивая астероидом как дубиной.
— Блин, вот никогда такого не было… — не без иронии начал я.
— И вот опять! — с гоготом подхватил отряд бородатую шутку Идигена.
— Ладно, отряд. Готовимся. Кубик…
— Занимаю место шкипера. Должен сообщить, что противостояние с кораблём сллайш может оказаться опасным.
— Уйти не успеем? — решил я не геройствовать, потому что ситуация при всех прочих — дурацкая.
— Нет, капитан, — ответил Мозг. — Разворот и набор скорости для выхода в гиперпространство потребует орбитальной эволюции и времени. Они будут рядом с нами раньше.
— Ну и сами себе злобные булыжники, — заключил я. — Сллайш, мне похрен, что вы там себе думаете. Мы вам не мешали, вас не трогали. Но если ваше корыто приблизится к нам ближе трёх сотен километров — воспринимаем это как нападение и ответим.
На этом я связь отключил: этот булыжник бодро и неустанно матерился, не отреагировав на мои слова. А Мозг, тем временем, не радовал: Энерида удар каменюкой-астероидом выдержит. А вот гравикомпенсаторы, и, как следствие, отряд — совершенно не факт. То есть если минералоиды начнут гвоздить по Энериде своей каменной «дубиной» — не факт, что и Мозг уцелеет, а нам всем со второго-третьего удара точно конец.