Мы только вернулись с разведки, причём умудрившись собрать все плюшки планеты. Твари, трясина и аномалии. Пришлось не слабо, как и подраться, так и полечить, так что чувствовал я себя, как выжатый лимон. Такой же сморщенный и едкий для окружающих.
— С вами хочет поговорить барон Жилин, — не обращая внимания на мои слова, доложил посыльный. — Говорит, у него срочное дело.
— Жилин? — я попытался вспомнить, кто это. — Стоп, так это же те, что сели западнее Вилсонов. Я думал, померли уже давно. Они же с момента посадки на связь не выходили.
— Так точно, они самые, — кивнул посыльный. — Просили связаться, как только вы явитесь, в любое время суток.
— Понятно. Кажется, я уже чую запах денег, и это, определённо, придаёт мне сил, — сбросив поддоспешный комбинезон, запихнул его в стойку к остальной броне. — Давай тогда организовывай связь и скажи, чтобы кофе пару литров принесли в рубку.
Посыльный, козырнув, развернулся и умчался выполнять приказ, а я посмотрел ему вслед. Надо бы слугу или служанку завести, негоже здоровому лбу кофе по «Черепахе» носить.
— Фёдор Иванович, а вы куда собрались? — тормознул я проходящего мимо наставника, насвистывающего весёлую мелодию. — Неужто спать?
— Ну как бы да, — совсем не стесняясь, кивнул Леонов. — Личный состав прибыл в сохранности, техника с бронёй на обслуживании, а старые кости требуют отдыха.
— Вот сядешь в рубке и будешь отдыхать, слушая, что нам будут предлагать Жилины. Не одному же мне там куковать. Тем более, чую, что там работа будет по твоей части.
— Драка? Ну ради такого я готов не поспать пару часов и послушать вашу аристократическую белиберду, — взбодрился Леонов, а губы растянулись в улыбке. Весьма недоброй…
Обсуждая результаты разведки, поднялись в рубку, где на экране уже горела надпись вызова. Дал знак дежурному, и тот включил видео со звуком.
— Доброй ночи, Игорь Владиславович. Заранее приношу извинения за свою настойчивость, — поприветствовал меня с экрана мужчина, облачённый в тяжёлую броню.
Старинная, массивная, даже сказал бы, что огромная даже для тяжёлой, она носила многочисленные следы заплат, причём поставленных не шибко умело, что могло свидетельствовать, как о низкой квалификации их механиков, так и вовсе об их отсутствии, в связи с гибелью.
— Моё почтение, Иван Артёмович, — ответил я на приветствие, автоматически сравнивая поведение этого барона и поведение сбшника. Колоссальная разница. — Ничего страшного, думаю, ваша ситуация оправдывает некоторые нарушения этикета.
Жилин производил положительное впечатление своими манерами, даже несмотря на то, что по его лицу нельзя ничего было прочесть. Нет, не потому что он хорошо владел своими эмоциями, просто вся его голова, за исключением щёлок для глаз, была обмотана бинтами, на которых в некоторых местах проступала свежая кровь.