— Повезло тебе, внученька, — бабушка ласково поправляет мои длинные волосы. — Переедешь, будешь городская.
В голосе ажеки слышна гордость. Я улыбаюсь.
Бабушка воспитала меня. Мама умерла при родах. А отец так никогда и не увидел. Он бросил маму, узнав о ее беременности.
Я смотрю на морщинистые руки бабушки, которые столько лет заботились обо мне. Ажека научила меня всему: готовить традиционные блюда, вышивать национальные узоры, различать целебные травы в горах. Но главное — она научила меня быть сильной.
Помню, как в детстве я часто спрашивала про маму. Бабушка всегда находила нужные слова, рассказывала, какой красивой и доброй она была. Говорила, что я очень на нее похожа.
Об отце бабушка рассказывала редко и скупо. Лишь однажды, когда я была подростком и особенно остро переживала его отсутствие, она сказала:
— Твой отец — подлец и мерзавец. Забудь о нем!
Трудно забыть, когда подружки хвалятся новыми нарядами или украшениями, которые подарили им родители.
Я и бабушка еле сводили концы с концами. Мы выживали как могли. Летом собирали в горах травы и ягоды на продажу. Бабушка подрабатывала шитьем, а я после школы помогала соседке в магазине — раскладывала товар. За это она иногда давала нам продукты.
Бабушкиной пенсии едва хватало на самое необходимое. Помню, как она перешивала мне форму из старых платьев, а я стыдливо отводила глаза от новеньких рюкзаков одноклассниц. На школьных праздниках всегда старалась держаться в тени — мое единственное нарядное платье, перешитое в третий раз, казалось таким убогим рядом с яркими обновками других девочек.
Сразу после школы я уехала в город. Училась в кулинарном техникуме, жила в общежитии и подрабатывала в пекарне.
Именно там я впервые увидела Кемала, который регулярно приходил за свежими лепешками.
Высокий, широкоплечий, с темными как ночь глазами — Кемал притягивал взгляды окружающих.
Я влюбилась с первого взгляда. Рассматривала его правильные черты лица, смуглую кожу и эти глаза, которые манили и не давали покоя.
Густые черные волосы, слегка вьющиеся, так и просились, чтобы их коснулась рука. А его голос — низкий, с легкой хрипотцой — заставлял трепетать каждую клеточку моего тела. Даже простое «Доброе утро» в исполнении Кемала заставляло все внутри трепетать.
Я ловила себя на том, что начала ждать его появления, считая минуты до того момента, когда колокольчик над дверью пекарни известит о его приходе. В такие мгновения весь мир словно замирал, оставляя только его силуэт в дверном проеме и мое учащенное сердцебиение.