Четыре месяца спустя…
Дождь со снегом барабанил по окнам здания гильдии независимых лекарей, превращая улицу в месиво грязи и луж.
Каждый удар капель о стекло отдавался глухим стуком, словно сама природа пыталась пробиться сквозь стены к теплу и свету.
Через запотевшее стекло виднелись очертания Оплота Ветров — шпили ночного города терялись в серой пелене непогоды. Но даже сквозь завесу дождя пробивались яркие всполохи редких праздничных огней.
Разноцветные искры магии плясали в воздухе, отражаясь в лужах и создавая иллюзию затопленного звёздного неба под ногами прохожих.
Этот независимый город славился лишь одним местом — огромной ареной, которая была построена ещё до Раскола. Прошло сотни лет, прежде чем Оплот Ветров стал нейтральной территорией, где начали проводить Турнир.
Так сложилось.
Мика всегда считал это бредом. Лучший турнир континента проходит среди бандитов, наемников и постоянного гнёта.
И сейчас город готовился к «Турниру Четырех Корон» — Звероловы и Мастера королевств собирались здесь, чтобы определить сильнейших представителей континента. Воздух был пропитан предвкушением великого зрелища: запахом жареных орехов с торговых лотков, вспышками магии от проезжающих мимо боевых питомцев и сладким ароматом дорогих духов знатных дам.
В эту неделю количество убийств и грабежей почти сводилось к нулю. Бандам хватало ума не высовываться против сильнейших Звероловов континента.
В эти дни по центральным улицам разъезжали кареты знатных баронов, привезших на турнир своих лучших Мастеров и Звероловов. Гербы на дверцах блестели — золотые драконы, изумрудные фениксы, трёхглавые химеры с жалом на хвосте.
Пф, все эти несуществующие звери…
А ведь скоро прибудут и короли, до турнира всего пара дней осталось.
Эх, событие, которое приносило в независимый город наёмников баснословные деньги.
Многим.
Но не Мике.
Красочные афиши зазывали зрителей, обещая невиданные зрелища и схватки легендарных питомцев. На одной из них изображался огромный крылатый тигр, пожирающий молнию, на другой — стая ледяных волков, бегущая по воздуху.
А здесь, в далёких трущобах ремесленного квартала, на отшибе города, где ютились мастерские и дешёвые лавки…
Что ж, здесь праздник ощущался лишь как далёкий блеск за окном.
Узкие улочки тонули в грязи, пропитанной запахом дублёной кожи, железа и пота. Вывески над дверями покосились от времени и ветра, краска облупилась, обнажая потемневшее дерево.
Здесь не было места позолоте и гербам — только будничная работа людей, которые зарабатывали на хлеб мозолями на руках.