— Хорошо провела время? — спросил я, сидя на балконе и любуясь озером, ландшафт уже почти доделали.
— Отлично! Мы с сестренкой ездили по магазинам, сгоняли даже в парк развлечений… Я поговорила с мамой, она рада за меня. Отец больше не злится. Ты представляешь? Он наконец-то увидел во мне девочку, свою маленькую дочь.
— Это замечательно, я рад за тебя, — улыбнулся я, — теперь ты можешь хоть каждые выходные к ним ездить.
— Да? — виновато улыбнулась Маша, — а я уже их всех пригласила к нам на выходные.
— Оу, — я аж дернулся, — и много их? Хех.
— Ну… Гостиница в Новосибирске все равно есть. Мне не надо было их звать, а, Джек?
— Не переживай, просто у меня сейчас столько дел, — кстати, про дела, уже завтра я пойду с Мирой в ее первую Нору. Она поступила в Охотничий Корпус, об этом и сказал Маше.
— Сходи, конечно, только до свадьбы ни-ни! — засмеялась она, а потом с каменным лицом добавила, — нет, Джек, я серьезно. Пока не стану твой первой, старшей, женой, а она не станет твоей — второй не вздумай.
— Маша, ну я правда по тот самый кобель, что сорвался с цепи?
— Ну… Шучу, просто мне будет очень неприятно.
— Не переживай. Я ей ничего не обещал, а вот Михаилу пообещал, что с Мирой ничего в Норах не случится.
— Так и береги ее, может и понравится тебе.
— Посмотрим, — я пожал плечами, — я ведь не могу приказать себе, какие чувства испытывать.
— А я тебе сразу понравилась?
— Определенно! — я обнял ее и вспомнил, как впервые увидел Машу на остановке. Сто процентов, она мне понравилась сразу, а ведь я ее даже не знал.
— Привет, Джек! — выкрикнула Мира, как только меня увидела.
Если говорить на чистоту, то я ее не сразу-то и узнал. Волосы теперь не каштановые, а черные. Вся одежда… Ну, так могут одеваться разве что какие-нибудь панки, но точно не та самая дочь Михаила, она же была такой правильной, такой культурной, а сейчас больше похожа на девушку, которая решила удариться в протест.
— Привет, Мира, — я подошел к ней и протянул руку, чтобы взять ее руку и поцеловать. Так требует этик, ничего больше, но вместо этого…
Она резко шагнула в мою сторону и поцеловала в щеку. Причем не так, как будто бы я ее парень, такой поцелуй скорее дружеский.
И я бы не обратил внимания на этот поцелуй, если бы видел Миру впервые. Она сама на себя не похоже, практически зеркальная противоположность во всех смыслах слова.
— А ты изменилась, — сказал я, еще не понимая, нравится мне это или нет.
— Ну, отец наконец-то разрешил мне самовыражаться.
— Да, везет, — хмыкнул я, — ты наверное и пирсинг и татуировки хочешь сделать⁈