Брат и сестра
— Мне, пожалуйста, — я ехидно улыбнулся, предвкушая то, что сейчас начну вытворять — круассаны. Один шоколадный, второй с клубникой и еще один на твой, без сомнений, — Ха-ха! — великолепный вкус!
— Хорошо, — ответил Семин и посмотрел на свою прислугу, — быстро!
— Ну что ты, Слава, я никуда не спешу, не гоняй уж своих доблестных работяг, — ухмыльнулся я и сел за стол.
Как весело потешаться над этим ублюдком. Особенно весело было, когда я заперся к нему домой вместе с двумя своими Зверями. Приличнее было бы взять гвардейцев, но, где приличия, а где я? Особенно, если учесть, что в гости я пришел отнюдь не к друзьями.
Я достал из кармана белый платок, который совершенно случайно там завалялся. Громко-громко высморкался в него, правда насморка у меня не было, но сам жест — боже, если бы вы знали, как это оскорбляет аристо.
Этим же платком я провел по столу.
— Хм… пыльно! Однако.
— Протрите, быстро, — Семин посмотрел на прислугу.
— Нет. Ты протрешь, — с серьезным лицом сказал я и бросил в него свой платок.
Не подумайте, что мне просто нравится унижать этого ублюдка, хотя и это тоже. Но в основном я это делаю для психологического давления. Принижать главу рода при его прислуге и гвардейцах — такое не прощают и не забывают.
— Хорошо, — он поймал платок и принялся протирать им стол.
Как же сложно было сдержать улыбку. Я заметил, как смущается прислуги и делают вид, что ничего не замечают и будто бы ничего такого не происходит. На гвардейцах тоже лица не было. Вряд ли после увиденного хоть кто-то из присутствующих не будет уволен. Впрочем, не моя забота
— А теперь, Славка, возьми чистую тряпочку и протри стол еще раз.
— Обязательно, — прорычал он сквозь зубы.
Как же приятно видеть злобу на его лицо. Представляю, что он сейчас может чувствовать. Для настоящего аристократа это жуткое унижение.
Он нашел тряпку и начал протирать стол. Я с наслаждением смотрел за каждым его движением. Как же все-таки хорошо иметь мощную гвардию и Зверей. Решение проблемы вот таким мирным образом в любом случае лучше, чем если бы я разнес его род и соклановцев.
«Какать» — «Послышалось» у меня в голове на уровне образов. Зверь, конечно, передать мне такой сигнал в мысли не мог. Имею в виду словами, но он отправил по магическому каналу связи достаточно конкретный импульс. Сперва я хотел попросить выпустить полосатого на улицу, а затем решил, что если уж издеваться над Семиным без применения силы, то делать это по полной! Пусть урод знает, что бывает, когда пытаешься «играть» против меня.