Распрощались с прадедом, я уже направился на выход, когда дверь открылась и в кабинет ворвалась разъяренная бабушка. Она прямо с порога начала меня отчитывать:
— Ты зачем брата обидел и пытаешься его втянуть в свои дела?
Если прадед смотрел на неё с недоумением, то я сразу понял, откуда ветер дует, и кто внушил брату мысли о неконфликтности. Поэтому сразу и уточнил:
— Скажи бабуль, ты зачем парня пытаешься испортить и внушаешь ему дурные мысли? Ты правда хочешь, чтобы он вырос бесхребетным, безвольным существом, не способным иметь свое мнение, и шарахающимся от своей тени?
Та сначала хотела что-то сказать в ответ и даже воздуха в лёгкие набрала, но неожиданно расплакалась.
Мы с прадедом переглянулись. Тот пожал плечами, как будто говоря, что он вообще не в теме. Пришлось принимать меры самому.
Подошёл, приобнял, довел до кресла, усадил. Бабуля сквозь рыдания начала говорить:
— Мне его жалко, я хочу оградить его от жестокостей этого мира. Он и так уже натерпелся в этой проклятой деревне. А ты его обидел, неправильно с ним разговаривал. Он теперь хочет учиться фехтовать и драться. А я не хочу, чтобы он дрался. Он для этого не создан, слабенький он совсем… — причитала она.
Прадед на удивление быстро вник в ситуацию и рявкнул так, что окна задрожали:
— Ты что о себе возомнила, дура безмозглая? Ты зачем лезешь не в свои дела? Что значит, не хочу, чтобы он дрался? Ты вообще понимаешь, что делаешь?
От этого рыка бабуля как-то вся сжалась и даже плакать стала тихонечко. У неё просто сами собой лились слезы, и она какими-то жалостливыми глазами смотрела на прадеда. Мне её реально стало жалко. Но, если сейчас дать слабину, это может закончиться очень плохо. Ведь её влияние на брата может пересилить все, что я ему смог внушить. Поэтому я хоть и жалел её, но не вмешивался.
А прадед тем временем вошёл в раж и зарядил монолог на полчаса. Сначала отчитал, как следует, потом очень наглядно объяснил, чем закончится такой подход к воспитанию парня. Напоследок пообещал, что сам присмотрит за её поведением. А если оно ему не понравится, вообще запретит общаться с внуком.
Да уж, умеет он жути нагнать, не отнимешь. Быстро привёл бабушку в чувства и уходила она из кабинета, хоть и зареванная, но относительно успокоившаяся. Надеюсь, подобного разговора хватит для того, чтобы она смогла сделать правильные выводы. Для себя же решил, что брату буду уделять больше внимания, даже в ущерб делам. Возраст такой, что, если упустить, исправить потом будет трудно, а может быть, и невозможно.
На следующий день на меня свалилось столько дел, что я просто не знал, с чего начать и за что хвататься в первую очередь. Всё надо делать срочно и, желательно, одновременно. Плохо, что помочь, по сути, некому. Решил в первую очередь ехать к забухавшему купцу. Всё-таки, решение вопроса с отправкой в Европу человека в приоритете. Правда, сделать это получится, если прадед узнает адрес его проживания. Поэтому, в первую очередь, пришлось тревожить патриарха, который просыпался как бы не раньше всех. Выловить его получилось на кухне, где он общался с поваром. В тему их беседы я вникать не стал. Да они и заканчивали разговор к моему приходу. Ждать, пока он освободится, пришлось недолго.