— Как прошла неделя? — спрашивает он буднично.
Сажусь в кресло напротив.
Нормально. Работа, стройка. Всё по плану.
Срывы?
Нет.
Сны?
Молчу.
Тамерлан.
Снилась. Один раз, — признаюсь поморщившись.
Он кивает. Записывает что-то в блокнот.
Расскажи.
Нечего рассказывать. Просто стояла и смотрела. Потом ушла.
Ты пытался её догнать?
Нет.
Почему?
Хороший вопрос.
— Потому что не имею права.
Марк Анатольевич снимает очки, протирает их.
Мы говорили об этом. Ты работал над собой. Изменился.
И что?
Может, пора двигаться дальше? Познакомиться с кем-то?
Смотрю на него мрачно.
Нет.
Почему?
Потому что есть только она. Другие — фон этого мира.
Он вздыхает.
Мы оба знаем, что этот разговор ни к чему не приведет. Но всё равно ведём его каждый раз.
— Тамерлан. Ты не можешь ждать вечно.
Могу. Но я не знаю чего жду.
Случайной встречи с ней? Незапланированной? Знаков судьбы?
Она живёт своей жизнью. Наверняка у неё кто-то есть, — безжалостно давит на меня врач.
Наверняка. У неё. Кто-то есть.
Слова оседают камнем в груди.
— Ты должен отпустить.
Должен. Но не могу.
— Я подумаю над этим, — медленно киваю.
Вру. Он знает, что вру. Но кивает в ответ, и мы переходим к другим темам.
Вечер мой наполнен одиночеством как и всегда.
Сижу дома, смотрю документы по проекту. Завтра первая встреча с архитектором. Сергей Красильников — хорошее портфолио, серьёзные объекты. Девелоперы рекомендовали.
Папка с его работами на столе. Листаю. Качественно, со вкусом. Должен справиться.
Телефон звонит. На экране — «Мама».
Салам алейкум, мама.
Ва алейкум ассалам, сынок. Как ты?
Нормально. Работаю.
Опять работаешь. Ты когда приедешь?
Скоро. Проект закончу и приеду.
Ты это уже полгода говоришь.
Молчу. Она права.
Тамерлан.
Да, мама.Нашёл бы ты себе кого-нибудь.
Вот и она туда же.
— мам…..
Я серьёзно. Ты молодой еще. Красивый. Чего один сидишь?
Работы много.
Работа никуда не денется.
Вздыхаю.
— Мам, не начинай.
Ладно, ладно.
Слышу, как она тоже вздыхает. Знает, что давить бесполезно.
Отец как? — перевожу тему.
Нормально, что ему сделается. Возится с садом. Сегодня три часа виноград подвязывал.
Передавай привет.
Передам.
Тамерлан.
Да?
Пауза.
Береги себя.
Хорошо, мама.
Кладу трубку.
Сижу в темноте. За окном — огни города. Чужого города.
Три года назад я приехал сюда через три месяца после её отъезда. Думал — так будет проще.
Рядом, но не вместе. В одном городе, но не в одной жизни.
Не искал её. Специально.
Она заслуживает выбора. Не меня по умолчанию. Не меня, сломанного, опасного. Она заслуживает нормального мужика. Который не будет душить своей любовью. Не будет срываться от ревности. Не будет видеть угрозу в каждом встречном. Я работал над этим. Два с половиной года работал. Марк Анатольевич говорит, что прогресс есть.