Он выдыхает. Будто боялся, что откажу. Надевает кольцо на палец, встаёт, обходит стол, целует. Нежно, осторожно.
Люди хлопают.
Улыбаюсь ему в губы.
— Я тебя люблю.
Шепчет тихо, только для меня.
— Я тебя тоже.
Ночь мне не спится. Сергей спит рядом. Дышит ровно, глубоко. Рука переброшена через мою талию.
Всё хорошо. Всё правильно.
Кручу кольцо на пальце. Непривычно — я не ношу украшения. Но… привыкну.
Тихо встаю, иду на кухню. Наливаю воду.
За окном Москва. Огни, машины.
Телефон на столе вибрирует.
Кристина: «Ну что??? Он сделал???»
Усмехаюсь. Откуда она знает?
«Откуда информация?»
«Серёжа спрашивал размер кольца неделю назад. Я чуть не умерла, пока молчала! Ну???»
«Да. Сказала да».
«AAAAAA!!! Лерка!!! Фотку кольца! Срочно!»
Фоткаю руку, отправляю.
«Красивое!!! Поздравляю!!! Завтра кофе?»
« Не могу завтра, едем к его родителям. Воскресенье?»
«Ок! В двенадцать, на нашем месте!»
«Договорились».
«Лер, ты счастлива?»
Смотрю на экран.
«Да» — отправляю я.
Счастлива? Наверное, да. Должна быть. Всё ведь хорошо.
Допиваю воду. Возвращаюсь в спальню.
Сергей бормочет во сне, притягивает меня ближе. Утыкаюсь носом ему в плечо.
Закрываю глаза.
И почему-то вижу горы. Каменный дом. Тёмные глаза.
Открываю глаза.
Хватит.
Это было три года назад. Другая жизнь. Другая я.
Сейчас всё по-другому. Сейчас всё хорошо.
Закрываю глаза снова.
Но так и лежу без сна.
Горы, руки, голос…
Тамерлан
Шесть утра. Будильник не нужен — просыпаюсь сам. Уже три года как.
Душ, кофе, спортзал в соседней комнате. Час железа, пока голова не очистится. Пока не перестану думать.
Квартира большая. Слишком большая для меня одного. Панорамные окна, вид на Москву-реку, дорогая мебель. Риелтор называла её «статусной». Мне плевать на статус. Просто купил первое, что показали.
Три года здесь живу. До сих пор как в гостинице.
Одеваюсь, еду в офис.
«Горный край» — моя компания. Поставки продуктов из Дагестана, сеть ресторанов, теперь вот стройка. Большой проект — фуд-холл на Павелецкой. Три ресторана, фермерский рынок, всё как надо
Совещание в девять. Потом встреча с подрядчиками. Потом ещё одна. День расписан по минутам.
Так легче.
В час — перерыв. Обед в кабинете в одиночестве. Смотрю в окно, жую что-то. Не чувствую вкуса.
Три года…
Тысяча девяносто пять дней, если точно. Не считал специально — само посчиталось.
Телефон на столе. В контактах т- её номер. Не изменился, я проверял. Точнее для меня проверяли.
Я не звоню и не пишу.
Она заслуживает нормальной жизни. Без меня.
В четыре часа я в кабинет психотерапевта.
Марк Анатольевич — мужик лет шестидесяти, седой, спокойный. Два с половиной года к нему хожу. Каждую неделю, как на работу.