— Вполне. — Попивая газировку со вкусом апельсина, купленную по дороге, парень улыбался. Сегодня было преотличное настроение, предвкушение заставляло руки и ноги трястись — сегодня должна быть ночь, когда луна полная, когда коррумпированная часть полиции сидела в клубе «Sakura blossom», а остальные либо напивались в участках, либо ужинали со своими семьями.
Его красная малышка, «Ауди РС4», с виду обычная машина, но внутри — ревущий зверь, стояла в гараже, уже готовая сначала к тихому передвижению до места начала гонок, а потом — к резкому старту с рёвом и следами шин на асфальте. Мингю провёл пальцами по капоту, с любовью смотря на начищенные до блеска фары и зеркала. За такую красивую, мощную и ухоженную модель можно выручить приличную кругленькую сумму, но Мингю бы ни за что, никому и никогда не продал её. Слишком часто он гонял на ней от полицейских, буквально врос в кожаное сиденье, профессионально выруливая из сложных ситуаций, считал машину продолжением себя.
— У тебя заезд, если не поторопишься — не получишь денег. — Уён тихой тенью проник в гараж в тот момент, когда Мингю отворял ворота, а потом начал садиться в машину. — Потом можешь снова её сюда пригнать — хозяин дал добро. Только заплатить не забудь.
— Закрой за мной ворота, — бросил Чон, слыша все слова Уёна и выезжая из гаража.
— Удачи.
Машина до нужной точки шла тихо. Линия старта и, соответственно, финиша, где стояли накачанные парни, полуголые девушки-проститутки, почти терялась в пёстрой толпе. Как в клубе, пахло алкоголем, сигаретным дымом. Единственное, что отличалось, пожалуй, — это ночной прохладный воздух, на который никто не обращал внимания — всем было жарко, все хохотали, пританцовывали под звуки музыки, льющиеся из колонок и мешающие жителям обступающих домов спать. Но никто из жильцов не вмешивался — просто закрывали окна шторами, чтобы ничего не видеть, втыкали беруши, чтобы ничего не слышать. Они привыкли. А молодёжь, помешанная на стритрейсинге, привыкла собираться именно здесь.
О капот машины сразу опёрлась красивая блондинка в коротком топе, маня Мингю пальчиком. А он только рад вниманию симпатичной девчонки. Здесь его считали одним из королей. Здесь ему поклонялись. Только храма имени Чон Мингю и мантии с короной специально для парня не хватало. Непорядок, надо исправить.
Парень медленно выбрался из машины, слыша приветственные крики и свист. Тут все и всегда галдели, рвали глотки, лишь бы короли уличных гонок услышали их. На капоте уже сидели две девушки и, хохоча, делали ставки, кто выиграет в этом заезде: Чон Мингю, золотой макнэ гонщиков, который давит педаль газа в пол так, будто за ним сам Дьявол гонится; или же его обгонит Ли Хичоль, «старичок» в гонках, который знал все трассы и собственный чёрный спорткар как свои пять пальцев. Если выиграет Мингю, он будет новым правителем трассы, который может помыкать всем, чем захочет, поднявшись на несколько ступеней выше Хичоля; если же он проиграет, то лидеры запретят участвовать ему в гонках два месяца.