— З-здравствуйте, г-господин ректор, — запинаясь поздоровался братец Дилавии. — П-простите, но родители будут против подобного развития событий, поэтому я не сдержался и возмутился.
— С герцогом я поговорю лично, тебя это не должно волновать, — холодно проронил, ставя зарвавшегося юнца на место. — А леди Френазис с этой минуты является моей непосредственной подопечной и принадлежит мне. Предупреждаю в первый и последний раз — коснёшься её и будешь иметь дело со мной.
— Х-хорошо, господин ректор, — испуганно кивнул он, бросил злой взгляд на сестру и торопливо покинул комнату.
Лишь сейчас я осознал, что она уже поразительно долгое время хранит молчание.
— Дилавия, ты плохо чувствуешь себя? — повернулся к ней и она подняла на меня глаза. Внезапно на её лице возникла ехидная усмешка.
— Так, получается, я ваша подопечная, — на прекрасном безмятежном лице не возникло ни единого признака злости и в тот же момент я ощущал, что она вовсе не рада услышанному. — Интересно, что ещё вы скрыли от меня? Может, подопытную из меня планируете сделать?
Надо бы постараться успокоить её пока дело не приняло серьёзный оборот.
— Ну что ты такое говоришь, — мягко улыбнулся. — Магический договор между мастером и учеником подразумевают более близкие и крепкие отношения, чем ректор — студент.
— Более близкие? Чего? — бледные щёки ярко вспыхнули. — Вы ведь дали слово, что ничего не сделаете без моего согласия!
Её неожиданное смущение отчего-то развеселило меня.
— Дилавия Френазис, ты что ещё выдумала себе там? — произнёс, с трудом сдерживая смех. — Взять родителей — они довольно близки с детьми, не находишь?
Девичье лицо недоверчиво скривилось.
— Вы сейчас серьёзно пытаетесь убедить меня, что станете моим пап… эм… отцом? — покачала она головой. — Да скорей я поверю, что братик испытывает ко мне безумную любовь.
— Ну, отцом точно не стану, а вот опекуном — вполне, — негромко произнёс и ласково улыбнулся (обычно женщины таяли от моей улыбки). — Сейчас отправлю слуг купить тебе подходящую одежду и поедем ко мне…
На очарование внешности она не повелась, к сожалению.
— Постойте, не слишком ли вы торопите события? — грубо прервав меня, нахмурилась подопечная. — Во-первых, похоже, мне надо было бы встретиться с родителями, а во-вторых, я обещала Висарии…
Моё терпение лопнуло. Прежде не доводилось столько уговаривать женщин.
— У тебя больше нет права решать, где быть и куда отправиться, — рассердился на её отговорки. — С герцогской четой я после побеседую, а подругу твою мы возьмём с собой, всё равно вам обеим вскоре предстоит обучение. Месяцем позже, месяцем раньше — особой разницы нет.