Драконий призыв или злодейка поневоле — Мила Юстус

Как бы ни хотелось спать, но слова Эминира вынудили подчиниться.

— Ладно, давай собираться, — устало вздохнула и попыталась выбраться из объятий. — Чем раньше решим проблему с датой брака, тем скорее у меня появится шанс отдохнуть и… — Его губы неожиданно коснулись шеи вынуждая вздрогнуть от укрывших кожу горячих мурашек. — Что это ты делаешь? И думать забудь! Сам говоришь, что надо поторопиться.

Под заливистый смех дракона, сердито высвободилась из объятий и скользнула к краю кровати. Ощущая на себе обжигающий взгляд, демонстративно не стала прикрываться, а поспешила поднять с пола платье. Только оно оказалось совершенно непригодным к использованию.

Похоже, страсть мучила Эминира настолько, что он даже не почувствовал, как порвал тонкую ткань наряда. Теперь стоило придумать, где достать подходящую одежду, учитывая, что даже добраться до моей комнаты не могла. Эх, не продумала этот момент, и не подстраховалась.

Тихий скрип кровати и шелест отброшенного одеяла заставил обернуться. Ко мне направлялся Эминир, держа в руках пушистый плед. Не успела опомниться, как он ловко укутал меня, подхватил на руки и вернул в постель, словно нам некуда было торопиться.

— Что делаешь? — невольно нахмурилась. — Надо поскорей отправляться к родителям за благословением, а ты укладываешь в кровать. Как это понимать?

Дракон в ответ лишь улыбнулся и ласково погладил мою щёку.

— Я отправил прислугу за платьем, и она вот-вот вернётся, — спокойно сообщил он и в его взгляде появилось упрямое выражение, будто что-то решил и отступать не станет. — Не хочу, чтобы кто-то, пусть даже случайно, увидел тебя обнажённой. — Склонился и прошептал на ухо. — Только я имею на это право.

Последняя фраза задела за живое.

— Значить, только ты? — скрипнула зубами. — А если бы родители настояли на браке с Астуром? Или смирилась бы с твоим решением и приняла чужое брачное предложение?

Эминир заглянул в глаза.

— На самом деле, до сих пор боюсь, что это лишь сон, и стоит проснуться, как снова увижу умирающую тебя на руках, — дрожащим от боли голосом поведал он. — Я надеялся, смогу отпустить, но чувства к тебе выше меня. Отказ от союза изводил настолько, что иногда казалось предпочтительней никогда не знать тебя.

Признание прошло зазубренным лезвием по сердцу.

— Неужели согласился бы забыть? — судорожно сглотнула и отвела взгляд. — А я… я ведь вернулась из-за тебя…

Он потянулся и порывисто обнял.

— Всё это глупость измученного страхом разума, Дила, — хрипло выдохнул Эминир. — С твоим появлением в моей жизни появился и смысл, разве отпустил бы я тебя? Конечно же, нет.