— Обычно вы меня не замечаете, даже если мы в одной комнате. — Неожиданно меня прорвало. Накопившаяся за все время обида, непонимание и тоска выплеснулись разом на голову опешившего дракона. — Не подходите, не смотрите, ну разве что здороваетесь — как со всеми. Но я ведь чувствую, знаю что между нами что-то происходит!
— Вы еще молоды, ваше высочество, — мягко произнес Дорн. — Вы принимаете увлечение за нечто серьезное.
— Ваш дракон на меня реагировал! — гордо вскинув голову, заявила я.
Советник поперхнулся и почему-то поправил пиджак, подтягивая его ниже.
— Простите, но я уверен, что всегда держу себя в руках на публике.
— А я видела! Он выполз вам на руку, когда мы танцевали! — уперлась я, не желая отступать.
Не теперь. Мы наконец-то наедине и можем обсудить все откровенно. Этого шанса я не упущу! Выгнать меня из этого кабинета не сумел бы и полк папиных гвардейцев, куда там одному дракону.
Глава 4
Дорн поморщился, будто у него внезапно случился приступ несварения.
— Послушайте, то, что вы заметили мою татуировку, ни о чем не говорит. Она магическая и иногда переползает с места на место.
— Это ваш дракон! — уперлась я. — Мне Леофир сказал, что он так на пару реагирует.
Выражение лица советника из удивленного стало откровенно раздосадованным.
— Хм. Значит, Леон поделился с вами секретной информацией о нашей расе, — мрачно протянул мистер Вейн.
— Я давно дружу с семейством Фирс и в курсе многих нюансов. И отец рассказывал разное, — расплывчато отозвалась я, не желая подставлять друга.
Леон и тетя Диди рассказали мне все из лучших побуждений, в первую очередь заботясь о собрате, потерявшем когда-то, в незапамятные времена, пару.
Каково мне было осознать, что дядюшка Дориан, качавший меня на колене в младенчестве, и его племянник Дорн, ныне занимающий ту же должность папиного советника, — одно и то же лицо… то есть драконья морда, я лучше умолчу. У меня тогда случилась небольшая, но мощная истерика.
Как влюбить в себя мужчину, который видел тебя в подгузнике?!
И не важно, что подобные случаи среди драконов нередки. Мистер Фирс так вообще встретил свою истинную, когда ему было лет шесть. И понятия не имел обо всяких драконьих традициях. Просто твердо решил, что женится именно на этой женщине, и двадцать лет разницы ему не помеха.
В итоге так и вышло. Об их мезальянсе судачил весь свет, причем неясно было: то ли они завидуют тете Диди, то ли осуждают разницу в возрасте — которая, кстати, не помешала паре обзавестись четырьмя детьми. В конце концов, маги тоже живут долго, даже если не обладают второй драконьей ипостасью. И плодятся, соответственно, дольше.