— Ну, что скажешь? — повторил Томмасо, озабоченно осматривая моё лицо, а я со стыдом осознала, что всё это время стояла перед ним с открытым ртом и точно дурацким выражением лица. Какой позор! Если бы шеф меня не знал, то точно бы подумал, что я полоумная какая-то.
Поэтому я поспешила кивнуть.
— Тогда пойдем к Софи? — с улыбкой, полной какого-то непонятного облегчения, поинтересовался у меня шеф.
— С радостью, — заметила я.
Мы с Софи долго обсуждали и спорили по поводу меню на сегодня. День предков очень важный праздник, к тому же это был первый раз, когда я справляла его не дома, а в роли полноправной хозяйки. Ну ладно, почти хозяйки!
В результате остановились на достаточно простом и вкусном меню, домашнем. Всё же это праздник и выходной, да и корячиться на кухне нам обеим весь день не хотелось, у нас, у женщин, тоже должен быть выходной. Изначально Софи так и вообще предлагала нам всем просто отправиться в таверну, но я категорически отказалась. Какая таверна, если я собиралась дать голос прадеду? Лишние уши нам совсем ни к чему!
Одним словом, мы решили ограничиться скромным меню из трёх блюд, на первое выбор сыров и салями, на второе ньокки с тыквой и в качестве главного блюда поркетта, запечённая со сливой. Всё достаточно простое в приготовлении и не хлопотное. Ньокки Софи заставила второкурсников сделать ещё вчера, поэтому нам из всех делов оставалось только поставить свинину в духовку и ждать, весело болтая.
— Ты не забыл сладости? — строго поинтересовалась Софи у Томмасо, стоило нам только войти на кухню, а тот кивнул, широко улыбаясь.
— Разумеется, они в моей комнате, я схожу за ними сразу после ужина!
— А сейчас с собой захватить было нельзя? — недовольно поинтересовалась Софи.
— Можно было бы, но тогда я не смог бы прогуляться после ужина за вашими подарками, прикрывшись тем, что иду за сладостями.
Альберт Томмасино, младший наследный принц Мазарии
У меня были большие планы на день предков, по правде сказать, я даже не мог вспомнить, когда в последний раз я так ждал какого-то праздника. Я долго и с любовью искал и выбирал подарки Мими и Софи, мне очень хотелось их порадовать, а сделать это было совсем непросто. Ведь женщинам главное внимание, а значит, в подарке самую важную роль играет не его цена, а значение для получателя.
В общем, проснулся я как обычно рано, только с радостным предвкушением праздника, которое тут же поспешило разбиться об ощущение бумаги. Мои пальцы отчётливо ощущали конверт в моих руках. Я, не сдержавшись, крякнул и сел в постели. Посмотрел на Мими, девушка спокойно спала, поспешно вытащил письмо из-под подушки, даже не смотря на гербовую печать. Таким способом письма мог присылать только один человек на всём белом свете. Отец.
Император это больше чем дракон, стоящий на страже этого мира от демонов, это тот, кто обладает абсолютной властью на своей территории, к списку полномочий прилагается также обширный список дополнительных возможностей, одной из них является возможность найти и связаться с любым своим вассалом в любом месте. А клятву верности императору я принес сразу, как только научился более-менее сносно ходить и разговаривать. Во избежание, так сказать, нет, никто бы и не подумал идти против сильнейшего дракона в мире, но ведь всякое случается, а клятва жёстко охраняла императора и служила гарантией верности его вассалов.
Так вот, последнее подобное письмо от отца я получал очень давно, когда оканчивал военную академию, поэтому от содержания этого письма не ожидал ничего хорошего.
И оказался абсолютно прав.
Отец не поздравлял меня с праздником, его не интересовало, как у меня дела или как проходит моя учёба. Он хотел, чтобы я сообщил ему, были ли у меня женщины и удалось ли хотя бы одной от меня понести.
Так мерзко я себя не чувствовал, наверное, ещё никогда. Словно я и не сын вовсе, а какой-то племенной бык-оплодотворитель. Я снова бросил осторожный взгляд на Мими. Если кто-то узнаёт, что она девушка, то… нет, мне даже страшно думать о том, что может произойти в таком случае. Огонь злости полыхнул во мне ярко, превращая руку в горящий шар, который тут же поглотил письмо целиком.
Я подумаю, что ответить отцу, но завтра! Нельзя позволить ему испортить для меня и этот день, уж слишком долго я его ждал.
С такими мыслями я резко поднялся с постели и отправился в душ. Мне был просто необходим ледяной душ для того, чтобы хоть немного утихомирить ту гремучую смесь из гнева, злости и страха, что плескалась сейчас внутри.
Вода помогла, но не сильно, и это тревожило, с каждым днём количество магии все прибывало, а звериные инстинкты становились сильнее, а ведь мне ещё предстоит готовиться к ритуалу почти полгода. Как я выдержу?
Но больше всего меня волновал не вопрос моей адекватности, а вопрос безопасности Мими, я не мог не признавать, что с каждым днём становилось все более понятно, что ей попросту небезопасно быть рядом со мной.
Эта мысль мучила меня, словно шип, который воткнули в сердце. Я просто не мог отказаться от своего комми, а значит, мне предстояло сделать все возможное для того, чтобы обезопасить ее. Именно поэтому я и предложил занятия по самообороне, понятно, что мне или, например, Моргану она никогда ничего сделать не сможет, брат даже в пьяном виде был слишком быстр для человека или мага. Но, по крайней мере, против обычного человека и даже стражника у неё должно быть пару тузов в рукаве.
Мы быстро договорились с Мими и отправились к Софи, я знал, что девушки уже давно приготовили меню на сегодня и точно не нуждались в моей помощи, поэтому после короткого препирательства по поводу подарков, я поспешил их покинуть. Уверен, что им хватит тем для разговоров и без меня. Пусть секретничают в своё удовольствие, а я в это время закажу пару защитных амулетов для Мими, я как раз в качестве подарка купил ей красивую цепочку, немного грубую для обычной девушки, но Мими разительно отличалась от всех, кого я знал до неё. Если к цепочке заказать пару кулонов, то получится и красиво, и с пользой. Кроме того, надо было продолжить заниматься ее документами. Дело это было тонкое, неторопливое и требовало внимательности, так, чтобы комар и носа не подточил, если что.
Я вышел из аудитории, в которой обычно преподавала Софи и в которой мы сегодня планировали праздновать, и почти нос к носу столкнулся с Лучьянно.
— Ты что здесь забыл? — вырвалось у меня прежде, чем я даже успел подумать. В самом деле, он меня в последнее время очень нервировал своим поведением. После приезда брата Лучьянно почти постоянно ошивался возле меня, а пару раз так и вовсе пытался навязать мне дружбу. В его бескорыстие не верилось от слова совсем. Скорее, я был готов предположить, что Морган приплачивает ему для того, чтобы он за мной следил, и с каждым днём наблюдая за его поведением, мое подозрение все крепло. Вот только что я мог с этим сделать?
Выбивать из него дурь или же просто вышибать из академии были явно не мои методы. Одно я усвоил четко. Достаточно только один раз совершить подлость, пойти против собственной морали, этого будет достаточно, для того чтобы чувство легкой гадливости преследовало до конца твоих дней, стоит только взглянуть в зеркало.
— Простите, не знал, что для того чтобы перемещаться по академии, мне необходимо твоё разрешение, — оскалился в ответ Лучьянно в своей привычной манере.
— Ты же всегда гордо рассказывал, как проводишь все праздники с семьёй, в отличие от меня, — совершенно искренне удивился я.
— С каких это пор тебе есть дело до того, как обстоят дела у меня в семье? — Лучьянно буквально брызжел ядом. Я же только пожал плечами и пошёл своей дорогой. Он действительно не был достоин моего внимания, и даже если он следит по указке брата, то что он может ему рассказать?