Уборщица из общежития пришла ровно в 9.30. Остановилась у турникета, принялась оглядываться. Спецкомендатура не тюрьма, у нас даже двери запирают лишь на ночь, но все равно все выглядит сурово. Решетки на окнах, строгие плакаты на стенах. Дежурным здесь я согласен быть, а вот постояльцем — ну его на фиг!
— Вы к Воронцову? — поинтересовался я для проформы. Понятно, что явилась по повестке. Какая ещё дура притащится в спецкомендатуру по своей воле?
— К нему, — закивала женщина, потрясая повесткой, зажатой в кулачке.
Женщину я решил допрашивать не в самой дежурке — посторонних туда впускать нельзя, а рядышком, в смежной каморке, где пристроился стол и пара табуретов.Показав рукой — садитесь, мол, посмотрел на уборщицу.
Окунева выглядела не старой, но уже изрядно замотанной женщиной. Сколько ей лет — даже бы не взялся определить. Ей могло быть и тридцать пять, и все шестьдесят. Одета бедно — плащ, судя по всему, эпохи Никиты Сергеевича Хрущева, старые стоптанные полусапожки. Из-под выцветшего платка торчит несколько прядей волос с изрядной долей седины. Впрочем, как нынче считают ученые — седина не из-за возраста или переживаний, а из-за недостатка меди в организме. В моем прошло-будущем так могла выглядеть женщина лет под шестьдесят при условии, что она не ходит по парикмахерским и одевается в каком-нибудь совсем уж непотребном секонд-хенде.
При этом было заметно, что женщина старается следить за собой: одежда, хотя и старая, но опрятная. Только вот губы зря подкрасила. И неумело, и цвет не тот. Явно это занятие у неё не из каждодневных.
Я человек запасливый, бланки протоколов имеются. Вписал свое звание, должность. Не забыл прописать, что действую «по поручению следователя». Даже если допрос пройдет без толку, то следователю меньше работы. А захочет передопросить — зачеркнет слово «протокол» и впишет «объяснение».
— Значит, Зинаида Ивановна? — начал я процедуру заполнения анкетных данных.
— Да какая Ивановна, попросту — Зинаида, или Зина, — засмущалась женщина.
— Нет, нам не попросту нужно, а как положено, — хмыкнул я.
Стало быть, Зинаида Ивановна Окунева, 1941 года рождения (что, ей всего тридцать шесть?), место рождения — деревня Ирдоматка Череповецкого района, образование — семь классов, адрес — улица Труда…
Основное место работы — дворник, по совместительству — уборщица. Не замужем, не судима.
Заполнив, дал расписаться о том, что предупреждена об уголовной ответственности за дачу ложных показаний (следователь потом зачеркнёт, если что), задал первый вопрос:
— Зинаида Ивановна, что вы скажете по поводу вашего приглашения? Есть предположения?