Когда мы втроем, мой фантом, Катя и Егор высыпали наружу и укрылись сбоку ратуши, чтобы не привлекать к себе внимания, я пояснил людям, кто я такой и что тут делаю — поведал о своих фантомных проделках. А затем и объяснил, чего мне понадобилось от прорицателя.
— Леонид же его звали, да? — Уточнил у меня Егор, погрузившись в состояние перед активацией навыка. Я точно не узнавал у него, знал только, что он должен лично быть знаком с тем, кого ищет, знать его имя и внешность.
— Да, верно. — Подтвердил я.
— Н-да, забудешь его. Окей, сейчас попробую. — Закрыл парнишка глаза.
— Отлично, мне нужно, чтобы ты сделал все возможное. Это важно. — Я не то, чтобы давил, просто скорее готовился к чему-то нехорошему. Чувствовал пятой точкой, что-то происходит.
— Ты объяснишь, наконец, какого черта творится? Во-первых, как? — Взяла Катя за грудки мой фантом. — Нет, я все понимаю, ты умеешь удивить, но раздвоение личности? Марк, это даже для тебя перебор.
— Брось, ничего сверхъестественного. Логичное развитие навыка. Я потратил очки. — Мягко улыбнулся я.
— Все? — Глаза кинжальщицы округлились.
— Почти. — Кивнул я. — Нотации позже прочитаешь, ладно?
— Да я и не собиралась. Наоборот, спросить хотела, когда ты сподобишься. Не солить же эти очки. — Отпрянула она.
Егор за этот неполный месяц нашего знакомства успел уяснить один момент. Маленькое правило, негласное, конечно же, но оно исходило из всего опыта нашего взаимодействия. Если я просил сделать что-то странное, значит, у меня уже имелся какой-то план. Это касается не только прорицателя — в той или иной степени каждый успел на собственном опыте ощутить, каково это, когда я прихожу к ним с безумной идеей.
Одна лишь Катя все еще умудрялась удивляться.
Я ждал, скрестив руки на груди. В идеале, если я правильно осознаю себя в пространстве, путеводная нить должна была указать строго на восток, прямо к цитадели Леонида, либо куда-то на полпути к моему форту. А осознать себя в пространстве непросто, когда внезапно оказываешься в другом теле за несколько километров, вроде как внутри в организме что-то сбивается, и трудно заставить себя исправить ощущение ориентации в пространстве сходу.
— Ну? — Не удержался я. — Есть информация?
Егор распахнул глаза, проморгался, покрутил головой, словно сбрасывая наваждение, и уставился куда-то в темноту леса, за территорию нашего нового поселения.
— Эм, да, никаких проблем. — Пробормотал прорицатель, но как-то неуверенно, что разнилось с тем, что он говорит. — Нить четкая, вон там он.