— Девочки, идите вниз — прохрипел я. — Я сейчас тоже спущусь.
Хана и Хината кивнули, зачем радостно выбежали из моей комнаты. Я кое-как поднялся с кровати. Первым делом я поплелся в ванную. Холодная вода — вот что мне было нужно! Быстро умывшись, я пару раз шлёпнул себя по щекам, чтобы хоть как-то взбодриться. Моё отражение в зеркале было не сказать чтобы очень вдохновляющим: всклокоченные волосы торчали во все стороны, под глазами залегли мешки размером с маленькие овраги. Кое-как причесав свои растрёпанные патлы, я бросил на себя беглый взгляд, притворившись, что выгляжу прилично, и понял, что времени на долгие сборы нет. Ну и ладно, так сойдет Я же не на показ мод, в конце концов.
Спустившись вниз, я попал в эпицентр тактических сборов. Тетушка Фуми, строгая, как фельдмаршал, отдавала последние распоряжения, вручая мне увесистый кошелек.
— Вот, здесь деньги. Чеки чтобы принес! — она погрозила мне пальцем. — И от девочек ни на шаг. Потеряешь — можешь домой не возвращаться. Будешь жить на вокзале. Понял?
— Так точно, генерал Фуми, — пробормотал я, чувствуя себя новобранцем, которого отправляют на самоубийственную миссию.
До станции мы добирались на автобусе. Он был забит до отказа, и я стоял, словно столб, крепко держа девочек. На самой станции царила полная безмятежность. Диктор безэмоциональным голосом объявлял отправления, люди не спеша шли на свои платформы. Народа было мало, что не могло не радовать. Мы нашли свою платформу, и я прислонился к столбу и прикрыл глаза буквально на секунду.
И тут вдруг послышался нарастающий гул. Рельсы завибрировали. Вскоре показался и он — белоснежный, обтекаемый силуэт скоростного поезда. Синкансэн плавно, почти бесшумно подкатил к платформе, и двери с шипением открылись.
Поездка для меня прошла как в тумане. Хана и Хината прилипли к окну, издавая восторженные визги каждый раз, когда мимо проносился пейзаж, а я пытался доспать, прислонившись лбом к холодному стеклу.
И вот мы прибыли. Станция Синдзюку.
Я вышел из вагона и… остолбенел. Я считал, что на питерских и московских вокзалах целая толпа людей. Я ошибался. То, что я видел раньше, было скромной очередью в ларек по сравнению с этим человеческим цунами. Люди текли нескончаемыми потоками, сливаясь в единую гудящую реку. Они шли во всех направлениях сразу, каким-то чудом не сталкиваясь. Над головой нависали гигантские экраны, транслирующие рекламу с улыбающимися айдолами, неоновые вывески кричали иероглифами, зазывали, обещали. Небоскребы, словно иглы, вонзались в серое небо. Шум поездов, объявления диктора, бесконечный гул человеческих голосов, крики уличных продавцов, смешанные с ароматами рамэна и жареных каштанов — это был настоящий удар под дых для моего сонного организма.