Муж? Это с каких таких пор у меня есть муж? Почему-то из длинного врачебного монолога мой бедный, не вполне дееспособный мозг вычленил только это.
— Я вообще-то не замужем, — беспомощно лепечу я. Перед глазами все плывет и сливается. Голова доктора ни с того, ни с сего вдруг отчетливо двоится. Что-то я сегодня читала про внезапный поворот судьбы и про падение в кроличью нору. Все это слишком, слишком странно! — Доктор, чем вы меня накачали?
— Ничем. С момента вашего приезда мы лишь сделали вам рентген. Убедились, что ваше состояние стабильно и дали вам отдохнуть.
Хоть мне и паршиво сейчас, упрямо стою на своем. Надо его убедить до того, как он передаст меня на руки какому-то чужому мужу.
— Я не Катя, а Карина. У меня нет мужа, что бы там Андрей вам не наговорил, зато есть брат аутист. И аварии никакой не было. Я выпила шампанского, голова закружилась и я при падении ударилась об пол.
Доктор открывает было рот, чтобы ответить, но не успевает. Дверь размашисто отворяется, и в комнату заходит высокий, крепко сбитый мужик. Лицо, наверно, сошло бы за красивое, если бы не борода. Не жалую я заросших неандертальцев. Одет в темную футболку и джинсы. Он не похож на врача — ведь жесткий взгляд темных глаз совсем не тянет на врачебный. Смотрит на меня, как Атос на Миледи, будто размышляя: казнить сейчас или чуть позже? Откуда такая неприязнь к незнакомому человеку? Я попала в странный мир, где все катастрофически идет не так, как надо.
— А вот и ваш муж, Катенька! Аким, быстро вы доехали! – это он уже говорит мужику, объявившему себя моим мужем. Тот подходит ко мне вплотную, нависает надо мной мощной стеной и цедит сквозь зубы:
— Переодеваться будешь или решила больничную сорочку стырить?
— Мужчина, с вами я никуда не поеду, — заявляю решительно и, повернувшись к врачу, прошу, — Дайте мне, пожалуйста, мой телефон! И одежду мою тоже, если можно!
— Да, да, подождите минуту! Сейчас скажу медсестре, — обещает врач и куда-то уходит. Ловлю на себе неприязненный взгляд чужака. Да кто ты такой и что тебе от меня надо? Сгинь, исчезни, налипший банный лист! Голова опять кружится, и я осторожно укладываюсь на койку, целомудренно одернув ночнушку. Вижу, как он, подбоченясь, подходит к окну, загородив собой почти весь проем и основательно затемнив палату. Присаживается на подоконник и с ухмылкой выдает:
— Твоя выходка с аварией ничего не изменит! Я все равно с тобой разведусь, как только сможешь накарябать свою закорючку на документах о разводе!
— Уважаемый, — твердо заявляю ему чуть заплетающимся языком, — я не вчера родилась. И подписи ставлю только в присутствии проверенных адвокатов. Хотя документ о разводе с вами подписала бы хоть сейчас, лишь бы вы исчезли куда подальше! От одного вашего вида меня мутит.