— Точно оттуда?
— Да. — Удостоверение выглядело настоящим плюс кое-какие специфические реакции.
В протокол не подошьёшь, но для точного диагноза — с избытком.
— И какова была цель его визита? — настороженно уточняет гостья. — Ты во что-то вляпался?
— Нет, я ни при чём. Просто разок подработал в интересном месте, всё абсолютно легально. Так вышло, этому типу нужна информация о гостях той конторы. Он пришёл наводить мосты с позиций, какие себе видит.
Чэнь Айлинь, похоже, реально не задумывается, каким образом её нынешний вид действует на собеседника мужского пола наедине, ещё и с имеющим место тактильным контактом:
— Если возникнут проблемы, мало ли, я готова выступить твоим свидетелем. Слышала, ты в прокуратуру собрался идти?
— Большое спасибо. Будет нужно — обязательно обращусь.
— Что смешного? Я серьёзно! — рука с подбородка перемещается на плечо. — Не переживай, со всем в этой жизни можно справиться! Если ты действительно ни в чём не виноват, — и испытывающий взгляд на закуску.
Ох, в этот момент я переживаю совсем о другом. Но вслух не скажешь.
— Пока всё ровно, надеюсь, ни с чем справляться не придётся. Кстати, тебе сегодня говорили, что ты не только ослепительно красива, а ещё и чертовски обаятельная сильная личность?
Семнадцать лет есть семнадцать лет. На мотивацию и механизмы принятия решений действуют, к-хм, кое-какие другие физиологические факторы помимо холодного рассудка.
Очень сильно действуют, я бы сказал.
— Так. Кажется, всё действительно в порядке, — администратор отступает на шаг и окатывает меня скептическим взглядом с ног до головы. — Коль скоро ты настолько ожил.
— Ты первая вошла! — «возмущаюсь» в ответ. — С моей стороны всё как раз предсказуемо!
Кое-что в разговоре вслух не прозвучало, но отлично понятно обоим. Особенно с короткой дистанции.
— Н-да, пожалуй, серьёзных проблем действительно нет, — констатирует собеседница. — Судя по кое-каким деликатным нюансам. Ну и хорошо. — Она поворачивается к двери.
— Так и уйдёшь? — сожалею искренне и вслух. — Эх-х, а как всё интересно начиналось.
— А-ха-ха, ну ты даёшь! Увидимся на работе, юная гормонально развитая личность, — судя по всему, Айлинь не оперирует понятием психологического дискомфорта, по крайней мере, в вопросах своей ну очень символической домашней одежды.
Меня щёлкают ногтем по лбу, одаряют жизнерадостной улыбкой во все тридцать два, затем админ уходит в свою комнату.
Рабочий день идёт своим чередом, проводил немцев. Чаевых меньше, чем от американцев, но жаловаться грех.