Она перевела взгляд своих веселых глаз на меня.
— … и Юра извини… — произнесла она. — Ты так смешно выглядел… — в ее глазах опять заплясали веселые чертики.
— Да ни че… — смутившись но, стараясь это не демонстрировать, ответил я. — Рыба не «Шанель», но запах перебивать будет… Все же лучше чем кровь… Хотя тоже, липнет, зараза… — потрогав свое лицо, решив позже смыть или стереть, но не задействовать больше рукав, сказал я, и окончательно смягчившись, улыбнулся.
Отодвинувшийся «во избежание» Елин, почувствовав, что риск получить «звездюлину», миновал, заулыбался, а потом непонятно почему, видимо сказалась напряженка последних дней и всеобщая скрытая истерика, но все, включая и меня, практически одновременно и громко стали ржать… Естественно экономя еду и не разбрасываясь ею понапрасну. А если и разбрасываясь, то тщательно вычисляя траекторию ее полета.
Успокоившись, мы более-менее спокойно дожевали.
Как оказалось, я правильно угадал, и нам с Алиной вполне хватило по две банки сардин и немного вермишели. А вот Елин, по итогам остался неудовлетворенным (кто бы сомневался), но я был непреклонен, и открывать пятую, на чем он, давя на жалость и ссылаясь на свое шаткое, серьезно подорванное последним инцидентом состояние здоровья, и глобальный недостаток в организме протеинов, настаивал, не стал. Обойдется…
Хотя я предложил закусить Иеронимом, все-таки мясо, и их много, но Елин покосившись на них, потянув носом и скривившись, видимо от отвращения, великодушно отказался.
Запив все водой, не экономя на оной, мы относительно удовлетворенно сидели, вяло переглядываясь, а потом Елин внес свое предложение, громко и сладостно зевнув.
Проголосовав единодушно все «за», без слов поперебрасывавшись взглядами, мы заулыбались. Сумрак, хоть и яркое, но все-таки ночное звездное небо, вызывало определенные ассоциации и легко предсказуемые реакции, и тоже зевнув, теперь уже вслед за Алиной, я выпал прямо на камень, подложив в качестве подушки свою жилетку, заключив, что его температура, вполне удобоварима, опасностей нет… и отрубился.
— Хозяин! — заголосил в моей голове знакомый будильник. — Хозя-я-яин! Хозя-я…
— Ну чего тебе? — отозвался я, недовольно.
— Извините Хозяин, но вы проспали уже более двух часов, и как я предполагаю, вполне выспались… Особенно если учитывать, сколько вы спали в последнее время, то предполагаю, что даже с запасом.
— Эх, Мурка, Мурка… — понимая, что валяться дальше уже нет смысла, и я действительно выспался, но если б не она, то поспал бы и еще, произнес я, — Зачем будишь? Зачем радости лишаешь? Я бы еще часик — полтора от силы поспал, и сам проснулся, ни капли в тебе сострадания… — горестно вздохнул я, открывая глаза.