— Мамочка послала, — развел тот руками, — соскучилась по тебе, в гости зовет.
— Мамочка, говоришь, — пробормотал Арон, сворачивая карту. Мамочка у серых жрецов имелась только одна. Недаром в старых хрониках Серая Госпожа, богиня Смерти, носила имя Мать Всего. Не стоит удивляться, что жрец оказался здесь, в его доме, у дверей лаборатории. Для Смерти нет преград, для ее служителей тоже. Только человек, благословленный Светлыми богами, тем же Солнечным, например, мог преградить им путь. А вот Темная магия и ее носители были во власти Серой Госпожи. Стало быть, и маг Тонгил тоже. — Передай Госпоже мои извинения, Грисс, но никак не могу. Дела.
— Вот так всегда! — с наигранным разочарованием воскликнул тот, манерно всплескивая руками. — Все тебе некогда, все дела, все чародействуешь. А у нас празднование, между прочим, в твою честь намечается!
— Вот как? — Удивление получилось искренним.
— К Мамочке вернулись ее любимые дети.
Должно быть, Арон смотрел совсем непонимающе, потому что жрец укоризненно покачал головой.
— Сихха, мой дорогой Тонгил, конечно же, я говорю о сихха. О тех самых, служивших императорской семье. Неужели твоя память так коротка?
Ну да, сихха, с которыми он что-то сделал, и они… Получается, погибли. То есть вернулись домой, к Мамочке, в Серый Мир.
— Я должен сочувствовать или радоваться? — спросил Арон мрачно.
— Радоваться, конечно! — Грисс широко улыбнулся. — Мамочка по ним очень соскучилась, ее недовольства не опасайся.
— А император знает?
— Конечно. Его я позвал на празднование первым. Он тоже оказался занят. Жаль, жаль.
Арон хмыкнул, подумав: согласись император, тот же Грисс онемел бы от удивления. Арон не слышал еще о человеке, который бы добровольно отправился в гости к Серой Госпоже. Только ее жрецы могли путешествовать между мирами живых и мертвых. Сомнительно, впрочем, что после посвящения они оставались людьми в полном смысле этого слова.
Выпроваживать Грисса не пришлось, жрец поспешил откланяться сам. Еще раз выразив сожаление, что не увидит дорогого Тонгила на празднике, он исчез, истаяв в сером тумане. Для эррэ Арона туман этот ощущался Вратами, но в другой тональности, чем у Врат девчонки-полуэльфийки. В воздухе еще некоторое время оставался след, словно приглашение: «Открывай и следуй за мной». Не то наивная ловушка, не то подчеркнутая любезность. А может, и вовсе тонкая насмешка, как раз в духе Серой Госпожи.
Арон сел на край стола, потер виски. Еще пару месяцев в этом мире, в этом теле — и он вообще разучится удивляться. Так сам Солнечный явится в гости, а он воспримет это лишь как очередную крупную неприятность.