— Аполлинария! — прикрикнул мужчина, косясь на дрожащего подлее нее Дамьена. — Во-первых, ты не имеешь никакого права разговаривать со мной в подобном тоне. А во-вторых, насколько бы сильно «Огни» ни вышли из-под контроля, политические распри всё еще вне твоей компетенции. И никогда ею не станут.
— Что ж, — схватила она липового жениха за запястье, бросив на отца кипящий ненавистью взгляд. — Мое дело — предупредить, твое — послать меня нахер. В общем-то, как и всегда. Вот только не приползай ко мне потом на коленях и не утверждай, насколько же я оказалась права! Причем тогда, когда всё еще можно было исправить. Пойдем давай, скотиняка, — потянула она парня за руку. — Будем самостоятельно разгребать это дерьмо.
— Аполлинария! — настойчиво повторил Император, стискивая зубы.
— Да на кой хер меня вообще назвали, как водоросль?! — снова вскинулась княжна, но вовремя уняла бушующую внутри бурю. — И только попробуй отправить по мою душу своих пацанов и опять заковать меня в этих стенах. Я уже давно выросла, папочка. А большие девочки стреляют из больших пушек. Или ты и сейчас понимаешь, насколько я права? — заметила она, как отец до побелевших костяшек сжал кулаки.
Не дождавшись ответа, парочка пересекла гостиную. Однако стоило отворить дверь, как на пороге возник целый отряд имперских гварцейцев, ожидая лишь приказа своего господина к началу захвата.
— П*здец какой ты предсказуемый, — выдохнула Полиночка, захлопывая дверь перед самыми их носами. — Ну, держись, мякиш хлебный, — крепче сжала она потную ладошку Дамьена. — Сейчас птичка вылетит из гнезда.
И, взяв разбег от двери с криком «Чао-какао!», княжна бросилась в окно одновременно с ввалившимися в гостиную гвардейцами.
« Пирож-ж-жочек!.. »
Осколки брызнули во все стороны, изранив обоих беглецов, но девушка ловко приземлилась на четыре конечности. Дамьену, немного погодя выбравшемуся на четвереньках из колючего кустарника, повезло меньше. И всё-таки мысленно он возблагодарил приобретенные способности за то, что вообще жив остался после подобного экспромта со стороны этой ненормальной.
— Видишь? — уперла Полиночка руки в бока, наблюдая за ползущим французом. — А говорят, что свиньи летать не умеют. Умеют еще как! Теперь сваливаем, — процедила она сквозь зубы, как только завидела несущуюся на нее со всех сторон подмогу в черных костюмчиках. — И сюда, и в МАБМ путь нам заказан.
— За что-о-о?!.. — белугой взвыл Дамьен, улепетывая следом за блондинкой и спотыкаясь на ровном месте.
— За то, — на бегу обернулась она к нему, гневно зыркая, — чтобы я снилась тебе во всех эротических кошмарах, самозванец херов!