— Ничего кроме… — поджала женщина губы. — Повезло же ему, твоему господину. А вот меня ты немного… разочаровал.
— И вновь прошу прощения, госпожа.
— Хм, — улыбнулась та уголками губ. Развернулась к своим людям. — Оставьте его здесь. Стервятнику.
Мужики переглянулись с нескрываемым ужасом в глазах. Хотя бы потому, что этими самыми глазами видели, каким образом мрачный и молчаливый старик производит свою «зачистку». И зрелище это было не для слабонервных.
— Лучше б тебя это… крысы пожрали, — напоследок выдавил один из революционеров, сдерживая рвотный позыв, и поспешил убраться следом за покачивающей бедрами Шлейфер.
Москва, катакомбы…
Несколько минут спустя…
« Этого ведь ты и добивался… » — прозвучал в голове Константина прохладный голос твари.
« Верно, — мысленно ответил тот. — Мы оба знали, что они отправят за мной Стервятника. Именно он нам с господином и нужен ».
Секунда, и мужчина телепортировался на пару метров в сторону, избавляясь от оков и потирая затекшие запястья.
« Ты уверен, что сейчас подходящий момент? » — поинтересовалась тварь.
« Разумеется. Потому и добивался, чтобы мы остались наедине. Если ожидания не оправдаются, ничто не мешает однажды попробовать снова».
« Димитрий вернется со дня на день. Тогда же всё и начнется ».
«Поэтому нет смысла тянуть».
« Согласен… »
Пройдя к письменному столу с зеленоватыми плесневыми узорами на древесине, Константин уселся за него, закинув ноги на столешницу и скрестив их. Включил тусклую настольную лампу и, покачиваясь, принялся ждать пугающего гостя.
Правда, сам гвардеец не испытывал к нему ровным счетом никаких эмоций. Как и к жизни во всех ее аспектах в принципе. Он знал, что произойдет, вплоть до момента собственной смерти, и более скучного существования не придумаешь. Однако путь этот ему следовало пройти до конца хотя бы ради того, чтобы быть рядом с господином в ключевые моменты и сослужить ему верную службу.
Жизнь его была словно на таймере с тех пор, как в одну из ночей предсказанный охотник явился, и физическая оболочка сына Павла Платоновича приняла его душу. Поэтому Константин нисколько не удивился, что работа и увлечения Димитрия нисколько не трогали иномирца. У каждого из них был собственный путь, а единственной задачей ассистента являлось направить парня на истинный. Ибо лишь единственную вещь Константин не мог знать наверняка: дату и причину смерти его господина. Для него это всё еще была тайна, покрытая мраком, а значит, лишь от него, самого господина и его последователей зависела скорость и сила поворота колеса судьбы.