— Риторический вопрос…
« А вот вы, всякий раз здесь оказываясь, делаете то же самое! Дерьмо хотя бы разлагается естественным образом, природа озаботилась этим… О, обернись назад! Какая занимательная гирлянда, аха-ха-ха! »
Обернулся и задрал голову, становясь свидетелем раскачивающихся на ветвях вниз черепами скелетов. И как они еще не свалились-то?
« А не свалились, потому что мои верные подданные эти гирлянды постоянно обновляют! »
Будто бы заслышав своего повелителя в моей голове, обезьянки принялись кривляться, хмуриться, кое-кто высунул маленькие язычки.
— Мда-а-а… Угораздило же меня именно в это тело угодить. Изуродованное одной редкостной тварью.
« Сам ты тварь! Редкостная! »
Короче говоря, небольшая передышка на обыск лагеря мне в любом случае не повредила. И, пожевав любезно принесенных мне фруктов, двинулся дальше.
Солнце на окраине джунглей припекало еще сильнее. Воздух стал суше, а ветер — горячее. Пришлось стянуть с себя пропитавшиеся потом футболку с рубашкой, обвязать вокруг талии и уже в таком виде продолжать путь. Небольшой спойлер: бледная кожа мне за это спасибо не сказала, со временем запекшись чуть ли не до румяной корочки.
В таком темпе, когда солнце уже склонилось над горизонтом и окрасило местность во все оттенки красного и желтого, достиг скалистого подножия высокой горы. Настолько высокой, что верхушка ее уходила пиками в небо.
« Вот она — священная гора Ала! » — прокомментировал самый хреновый из гидов, каких я только знал. А ведь я с матерью на экскурсию по Золотому кольцу ездил с одной из самых бюджетных туристических фирм, так что можно поверить мне на слово.
— Значит, и логово твое там?
« Логово?! Как смеешь ты называть логовом мою светлейшую обитель?! Мой храм! »
— А я, знаешь ли, не особо верующий человек.
« Уверовать никогда не поздно, но только в правильных богов, малец! Посещал я ваши храмы с иными носителями. Были бы у меня свои желудок и глотка, проблевался бы на месте от духоты и смрада ваших благовоний! »
— Хорошую ты, кстати, идею подал, — ухмыльнулся, присаживаясь на относительно плоский камень и принявшись выжимать одежду. — Как только вернусь, обязательно в один из таких наведаюсь.
« Только посмей, мерзавец неблагодарный! »
Не, лезть на такую высоту на ночь глядя, даже с использованием перстня, форменное самоубийство. Лучше потерпеть до рассвета. Сколько там дней пройдет, прежде чем меня в розыск объявить смогут? Дня три? Следовало грамотно воспользоваться отведенным мне временем. Пораньше лечь — пораньше встать.